Из товарищей по академии мне остался близок лишь Бен. Германа Кенига больше не было. Прочие сокурсники вроде Рона Дэвиса и Кайлы Линдерсон остались не более чем шапочными знакомыми. Мой старый учитель сержант-детектив Филипс был в числе людей, к которым я относился с глубоким уважением, однако история 86-го года провела между нами невидимую черту. Я послушался его совета, пойдя на сделку со своей совестью, но в душе не мог простить его за это, как и себя самого. Я бы мог, конечно, пригласить своего босса лейтенанта Гонсалеса, с которым мы неплохо ладили. Но Матадор не принадлежал к любителям смешивать работу с личной жизнью, да и я не любил подлизываться к начальству.
В итоге оказались приглашены лишь Миро, Бен и мой бывший тренер по боксу Джефф Кроуди вместе с женами, а также Тим Бартон, с которым мы по какому-то странному капризу судьбы продолжали поддерживать какие-никакие отношения все эти годы. Я не назвал бы Тима своим другом, но счел, что он способен разбавить благопристойную компанию супружеских пар своим специфическим юморком.
«Вот же не повезло всем тем, кто имел несчастье быть приглашенным на эту вечеринку», — думал я печально. Хорошо ещё, если они попытаются отзвониться мне перед визитом и не станут ехать, не найдя меня на связи. В противном случае им предстоит наблюдать у меня в квартире не самую приятную квартиру, а может, и задержаться там, чтобы ответить на пару вопросов. Впрочем, о ком я вообще? Бен и Миро не смогут прийти по вполне понятным причинам. Остались лишь Джефф и Тим, вполне добропорядочные резиденты Сиднея, к которым, я надеялся, у СБС не должно возникнуть слишком уж много вопросов.
А вот, кстати, и они. Нет, не Джефф с Тимом.
Я перевел усталый взгляд от окна на открывающуюся дверь в ожидании, когда из нее покажется ухмыляющаяся рожа Поля. Но на этот раз меня ожидало удивление. Неприятель решил поменять тактику.
Громила-охранник, всегда занимавший во время допросов положение у окна, на этот раз остался за дверью. А вместо моих «добрых друзей» Поля и Абэ в помещении вошла совсем другая пара следователей.
Спокойного и приятного вида русый мужчина лет тридцати пяти, среднего роста и обычной комплекции, представился специальным агентом Аффенбахом. Его напарница, миниатюрная блондинка с коротким каре и аккуратной челкой — агентом Челли. Эти двое казались более дружелюбными, чем их предшественники, однако я не спешил обманываться внешностью.
Первым делом Аффенбах доверительно объявил мне, что расследование было решено перепоручить другой следственной группе на основании правила о конфликте интересов.
— Браво, — не слишком радушно отозвался я. — Хорошо, что вы вспомнили об этом правиле раньше, чем маленький мстительный ублюдок успел засадить меня за решетку. Он мечтал об этом, похоже, всю свою жизнь.
Следователей, однако, не смутило мое враждебное отношение. Чтобы сгладить углы, они решили продемонстрировать мне, что всерьез рассмотрели мою версию. По словам Аффенбаха, компания «Эклипс» входит в пул надежных подрядчиков как SPD, так и других государственных и муниципальных структур Содружества. Компания является победителем многих тендеров, и на работу их персонала (по различным проектам в публичном секторе работало более 1000 человек) прежде не было никаких нареканий. Как объяснил Аффенбах, руководство компании активно сотрудничает со следствием и не было замечено в попытках исказить какие-либо факты. В подтверждение этого он показал мне записи допросов Уильяма Гаррисона и Тайсона Блэка.
Оба ублюдка были чертовски спокойны как для тех, кого схватили за яйца. Из их показаний следовало, что группа Блэка, согласно плану операции, перекрывала наиболее вероятные пути отхода террористов в подземку, однако ни один из подозреваемых в зоне их ответственности якобы так и не появился. Вскоре после получения сообщения диспетчера о нападении на штурмовую группу, группа прикрытия также была отозвана. Ни один боевой патрон не был отстрелян. И все в таком духе.