Ох, слишком много потрясений для пяти минут! У меня задергался глаз.
– Простите господин, я был невежлив, – напомнил о своем присутствии «напарник» Ярослава. – Забыл представиться! Всеволод Александрович Вельский, советник его величества Владимира Третьего.
Услышав имя посетителя, Крендель ощутимо вздрогнул и сделал шаг назад.
– А вы, господин, как понимаю, и есть тот самый Ждан Крендель, брат здешнего многоуважаемого градоначальника? – невозмутимо продолжил гость. – А что это за барышня с вами? И что здесь вообще происходит?
– «Тот самый»? – лишь прохрипел булочник.
– Тот самый, тот самый, – послушно повторил собеседник. – Ваша семья в городе весьма знаменита, так что о ваших «славных деяниях» я уже наслышан сполна. Ну да мы несколько отвлеклись от предмета разговора. Итак, кто эта барышня и что здесь происходит?
Сказано было с добродушной ухмылкой, но только дурак мог принять этот тон за дружеский. В общем, сразу стало ясно, что господин в кресле практически исчерпал все свое терпение и его лучше больше не злить… В смысле еще больше злить его точно не нужно!
Крендель, судя по всему, пришел к тем же выводам. Он тут же отшвырнул меня от себя, да так, что мне пришлось по инерции сделать пару шагов, чтобы не упасть.
– Я это, – выдавил он, – я преступницу поймал, вот! – и уже уверенным тоном добавил: – Я гадюке энтой проклятущей честно предложил кров, стол и работу с заработком, а она за доброту мою несусветную меня же убить хотела! Да я ей…
Дальше я слушать не стала, решив наконец взглянуть на остальных участников этого фарса.
Набравшись смелости, прямо посмотрела на Ярослава и его, судя по всему, босса. Конечно же за неделю Ярослав практически не изменился. Да, отдохнул, обзавелся здоровым румянцем и… сменил военную гимнастерку защитного цвета на темно-синий мундир. Хм… Синюю форму у нас в России носят работники прокуратуры; в Российской империи носили сотрудники Третьего отделения, которое занималось охраной императора, расследованием политических дел, слежкой за иностранцами и всем таким прочим…Интересно, Ярослав теперь работает в каком-то схожем ведомстве?
Перевела взгляд на мужчину в кресле. Он заметил мой интерес к своему подчиненному и понимающе улыбнулся. Чего именно понял этот господин, уж не знаю, но сдается мне, что выводы его ошибочны. К слову, сам мужчина был еще молод (лет тридцать пять, не больше), темноволосый, бледнолицый, сероглазый, с правильными чертами волевого лица. Одет в строгий деловой костюм, что сидел на нем как влитой.
– Не справляется, не справляется полиция-то! Городовые точное описание девки энтой получили – и чего? Цельну неделю, почитай, искали, да так и не нашли…
Поняв, что его не затыкают, Крендель разошелся не на шутку.
Ну а что я должна была делать в этот момент? Перебить его, начать доказывать, что все было не так? Или, может, следует улучить подходящий момент и попытаться сбежать? Да, наверное, это было бы правильнее всего, но… Но я смиренно стояла на месте и делала вид, что крайне внимательно прислушиваюсь к ждановской болтовне. А план у меня был таким же, как и всегда, – посмотреть, к чему в итоге приведет дело, и уж там решить, как поступать дальше.
Пока Ждан разорялся, обратила внимание на последнего, пятого участника действа. Им оказался собственно хозяин кабинета – градоначальник Светлогорска Мирон Крендель. Братец Ждана, совершенно неожиданно, оказался сухопарым человеком, с копной вьющихся светлых волос. Его маленькие глазки транслировали испуг, кисти побелели – настолько крепко он сжимал подлокотники дорогого кожаного кресла. Создавалось впечатление, что мэр вообще боится лишний раз пошевелиться, чтобы (не приведи боги!) не привлечь к себе излишнее внимание.
– Ну и вот, значится, хотел братца проведать да встретил девку энту проклятущую! У нее наглости столько, шо пришла сюда регистрировать брак с Русланом Ашшером!
Фу, боже! Опять он бредит. Зато теперь хоть понятно, кто такой этот Ашшер. С ума сойти можно: даже не додумалась узнать фамилию своих благодетелей! Кстати, при упоминании Руслана Ярослав как-то подобрался и удивленно вскинул брови.
– Хм, надо же, как у вас тут интересно! – медленно проговорил господин в кресле. – Зачем же эта… в высшей степени субтильная особа вообще на вас напала?
– А кто ее знает, зачем? Мож, умом тронутая, мож, на богатства мои позарилась.
– И много ли было украдено?