Тишина.
– Не слышу!
– Так, – приглушенно пискнул Ждан.
Куда только делась вальяжная уверенность хозяина жизни?
– Угу, – удовлетворенно кивнул советник. – Что там дальше? Поговорив с барышней, вы поняли, что она еще более дремучая, чем могла показаться на первый взгляд. Элементарного не знает! Ни соотношения цен на товары и жилье, ни того, на какую плату за работу может рассчитывать. Сколько, Вероника Сергеевна, вы говорили, он вам предложил? Три медяка?
Я кивнула.
– М-да… Что на такую сумму можно купить? Буханка хлеба – и та не дешевле пяти, – задумчиво проговорил советник и на какое-то время замолчал, устремив взгляд в одну точку.
В это время в комнате воцарилась какая-то жуткая тишина. Уж не знаю, почему, но лично у меня по спине пробежала легкая изморозь страха. Братья Крендели вообще тихо умирали от ужаса. Небось уже представляют себя в кандалах где-то на рудниках.
– Я ошибся в своих суждениях? – «отмер» советник.
– Нет.
– Хорошо. Я так понимаю, что приговор девице вы вынесли уже тогда и участь ее, не сбеги она от вас, была предрешена. Да?
– Да, – прошелестел булочник в ответ.
Надо ли говорить, что всякий раз, как Ждан отвечал, правдомер полыхал зеленым?
– Откуда вы узнали, что Вероника Сергеевна сегодня будет в администрации?
– Я не знал. Увидел ее с Ашшером на площади, когда находился в своей лавке. Подождал немного да отправился к брату. По дороге расспросил Милку, эльфу эту, шо номера в очередь раздает. Она вообще сбрендила: уверяла, что, дескать, Ашшер, кобелина такая, идет ребенка регистрировать со своей ущербной человечкой. Ну, чокнулась, видать, девка-то. Но я-то сразу смекнул – жениться собрались.
– И потому решили убить обоих? Отвечать!
– Решил, – сдавленно прохрипел Ждан.
– Еще один вопрос, из чистого любопытства: вы с братом столько награбили… Зачем вам булочная?
– Для души! – последовал гордый ответ. – И ничего мы не воровали, мы…
Правдомер покраснел.
– Понятно, – невежливо отмахнулся Всеволод Александрович и обратился к Ярославу: – Господин капитан, приведите сюда конвой для этих двух голубчиков.
– Да как вы смеете! – внезапно взревел Мирон. – Я государев ставленник! Я в казну все налоги плачу! Да я… Да я вас…
Недоговорив, горе-мэр вдруг ринулся к окну, однако в мгновение ока был перехвачен советником, скручен и усмирен нажатием на какую-то хитрую точку на теле.
Вмиг кабинет сотряс пронзительный, полный боли визг, а затем Мирон грузно без чувств осел на пол. Я испуганно перевела взгляд на Ждана и с потрясением обнаружила того в мокрых штанах с растекшийся под ним лужей…
– Ярослав, распорядитесь, чтобы прислали уборщицу, и Веронику Сергеевну проводите из здания, будет добры, – как ни в чем не бывало продолжил Всеволод Александрович. – Думаю, здесь она видела и слышала достаточно. А еще думаю, что она барышня умная и болтать не будет. – Он бросил строгий взгляд на меня. – Вам есть куда идти?
– Да, конечно, – быстро кивнула я.
– Вот и отлично. Всего доброго, барышня.
– До свидания! – проговорила я скороговоркой, забрала свои документы и вылетела прочь.
Сразу за мной вышел Ярослав, я посмотрела на него и… Вот черт!
– Господин капитан, простите!
Затем решительно прошла мимо озадаченного офицера и забарабанила в мэрскую дверь:
– Всеволод Александрович! Я кое-что забыла уточнить! Можно войти?!
Услышала приглушенное «войдите» и заглянула внутрь.
– Видите ли, я в лавке у Кренделя забыла кое-какие вещи. Можно их забрать? – Украдкой обернулась назад, заметила, что Ярослав остался стоять на деликатном расстоянии, и тихо, чтобы он не услышал, пояснила: – Я пришла в город с кувшином и котелком…