– Мы рады приветствовать вас в нашем трактире «Алк-аш», пожалуйста, ознакомитесь с меню на се…
– Одну минуточку, дорогая, – подняла пальчик барышня. – Я закажу какой-нибудь фруктовый чай и кусок пирога, все на ваш выбор. Видите ли, меня зовут Анфиса, я корреспондент «Светлогорского вестника». Позвольте задать вам пару вопросов.
– Простите, я на работе, – дежурно улыбнулась я. – Да и чем простая подавальщица может заинтересовать вашу газету?
У, зараза, приперлась! Плюнуть ей в чай, что ли?
– Расскажите о ваших отношениях с графом Вельским. О, нашим читателям это очень интересно! Скажите, вы планируете переезд в столицу? Как вы считаете, граф представит вас родным и государю? Вы с ним уже целовались? Вам понравилось ездить в машине его сиятельства?
Вопросы сыпались, как горох из рваного мешка. Самое поганое здесь то, что тетка все повышала и повышала голос, и два последних вопроса были заданы в оглушительной тишине. Весь зал обратился в слух, боясь упустить какую-нибудь пикантную деталь. На мгновение я застыла от неожиданности, а потом со словами: «Ваш заказ будет доставлен в ближайшее время», – развернулась и унеслась прочь.
Хорошо, что вопрос был про поцелуй, а не про секс… Просто слов нет!
– Что, донимают? – заметив мое состояние, спросила Алиша, пока ее помощники сноровисто подготавливали очередную партию заказов.
– Там явилась тетка из газеты, спрашивает всякую муть.
– Вот ведь дрянь какая! Ишь ты, хватило наглости!.. А давай ей в чай плюнем?
– Алиша, ты чего? Конечно же нет. Мы выше этого… Просто не буду с ней разговаривать, вот и все.
– Ну, как знаешь, – усмехнулась орка.
Забрав заказ – этот и еще парочку, – направилась первым делом к репортерше. Уловка проста: ставлю на ее стол заказ и моментально иду выполнять следующий. Я занята, а это значит – что? Значит, нечего меня своими вопросами донимать, на всякие глупости у меня просто нет времени!
Довольная своей изобретательностью, вошла в обеденный зал и почувствовала, что что-то не так. Кинула взгляд на столик журналистки и с досадой поджала губы: за соседним столом восседали Ярослав и… граф Вельский собственной персоной. Примечательно, что два новоприбывших посетителя явно не понимали причины стоящей вокруг гробовой тишины. Тишина! В трактире за последний день так часто становилось оглушительно тихо, что я изначально не обратила на нее внимание. Господа полицейские недоуменно переглядывались, и сразу стало ясно: мэрской газеты они не читали, а сотрудники просто не сочли нужным посвящать начальство в местные высосанные из пальца сплетни.
Вместо того чтобы напрячься пуще прежнего, теперь уже я плотоядно улыбнулась и спокойно направилась к столику журналистки, которая вид имела с одной стороны весьма растерянный, с другой – чуть ли не подпрыгивала в предвкушении неминуемой сенсации. Водрузив на ее стол заказ, не слишком искренне пожелала приятного аппетита, улыбнулась новоприбывшим и, сказав, что сейчас подойду, умчалась разносить оставшиеся блюда. Затем подошла к Батыру, взяла газету и направилась к столику Вельского и Ярослава.
В миллионный раз за сегодня произнесла сакральную фразу:
– Мы рады приветствовать вас в нашем трактире «Алк-аш», пожалуйста, ознакомитесь с меню на сегодня…
Пока перечисляла меню, положила на стол газету и ткнула пальцем в нужную статью.
– Хм, господин капитан, закажите для нас что-нибудь поплотнее, – пробормотал советник, углубившись в чтение.
Ярослав, с любопытством косясь на начальство, продиктовал заказ, я искренне ему улыбнулась и умчалась на кухню. Отсутствовала буквально минуту, но, когда вернулась, моему взору предстала поистине невероятная картина: граф Вельский, скрестив руки на груди и набычившись, смотрел на подошедшую к их с Ярославом столику репортершу. Та, как оказалось, напрочь лишенная инстинкта самосохранения и такта, что-то вещала, активно жестикулируя.
– Да, ваше сиятельство, – в гулкой, жадной до каждого звука тишине расслышала я, – эту статью писала я, и, думаю, вам не стоит напоминать о законе нумер сто сорок три точка ноль два, где прописываются права, свободы и обязанности информационного сообщества?..
Ох ты ж бесы! Где ты с этими законами была, когда сидела у Кренделей на поводке?
– Да, – послушно кивнул Вельский, – есть такой закон. По одному из его пунктов сотрудник несет ответственность за публикуемую им клевету. Вы же помните об этом?
– Разумеется, граф, но где именно я солгала? Разве вы не познакомились с девицей Воронцовой в кабинете градоначальника?