— А, сука! — скорее выдохнул, чем прокричал я и, втолкнув Машу на лестничную площадку, успел захлопнуть за собой дверь, прежде чем эти уроды, кем бы они ни были, сумели добраться до наших тушек. Последующий удар с той стороны был столь же силён, как и предыдущий. Эти существа, а людьми я их называть не мог, обладали неимоверной силой. Окажись преграда деревянной, её бы попросту снесло с петель. Поняв, что добыча ускользнула, биомасса издала какой-то жуткий крик, и дверь снова содрогнулась от мощного толчка.
— Валим отсюда, — коротко скомандовал я, и мы со всех ног бросились вверх по лестнице, преодолевая, где две, а где сразу три ступеньки. Расстояние в один этаж мы преодолели мгновенно и уткнулись в деревянную дверь, сплошь измазанную чем-то бурым. Дальше ходу не было — ни чердака, ни пожарного выхода.
— Ключи! Где ключи? — взволнованно спросила Маша, глядя на мои руки.
Какой же я придурок, подумал я, поняв, что бесценная связка безвозвратно потеряна.
— Они остались в замке, верно? Там, внизу, — скорее констатировала, чем спросила девушка.
Я не стал ей отвечать. Отчасти потому, что всё было понятно и без слов, а отчасти из-за досады за собственную оплошность. Не надеясь на успех, я локтем нажал на измазанную той же бурой липкой массой ручку двери и потянул её на себя. Двери, к моему удивлению, оказались не заперты. Но вот вопрос — к счастью это или нет — был спорным. От смерти или, как выяснилось позже, от чего-то гораздо худшего нас спасла случайность. Существо, некогда бывшее женщиной средних лет с изодранной левой щекой и вытекшим глазом, набросилось на меня, прежде чем я успел открыть дверь полностью. Напади оно буквально на пару секунд позже, и я бы оказался прямо на его пути. Дверь врезалась мне в плечо с такой силой, что я не удержался на ногах и повалился на выложенный голубой плиткой пол. А тварь, потеряв из виду свою добычу и ведомая инерцией, перевалила через перила и полетела вниз, огласив своё приземление смачным шлепком. Всё это, не считая конечной фазы, произошло без единого звука, словно в какой-то гротескной чёрно-белой комедии тридцатых лет. Я не стал выяснять, нуждается ли она в медицинской помощи — времени на это не было. Из дверей появилась вторая тварь, и я от бедра всадил в неё две пули. Это был мужчина, который кинулся на меня с глухим урчанием. Обе пули совершенно случайно попали в цель, снеся верхнюю часть головы напрочь. Безжизненное тело повалилось мне на ноги, извергая на мои многострадальные штаны потоки кроваво-белой массы. Я с отвращением столкнул его в сторону, и в тот же миг над головой раздались три беглых выстрела. Это стреляла Маша. Она стояла на слегка согнутых ногах в идеальной стойке стрелка с нацеленным в сторону открытых дверей пистолетом. Отработала она на удивление спокойно, будто бы занималась этим богоугодным делом с рождения. Все три пули нашли свою цель, и на порог свалился тот, кому они предназначались — пожилой мужчина с обвисшей, морщинистой кожей по всему телу. Забив пару раз ногами, он вытянулся и замер. Я же мгновенно вскочил на ноги и приготовился встретить новую опасность с удобной для стрельбы позиции, но стрелять было уже не в кого. Небольшой холл, откуда появлялись нападавшие, был пуст.
— Слышите? — спросила меня Маша, глядя с лестничной площадки вниз.
— Что именно? — нахмурился я, прислушиваясь.
— В том-то и дело — ровным счётом ничего.
И в самом деле, понял я: неистовый стук по двери прекратился.
— Не к добру это! Заходим.
Я схватил девушку за руку и увлёк её за собой внутрь. Сдерживая рвотный позыв, я выволок на лестничную площадку голый труп старика и захлопнул двери. Помещение, в котором мы оказались, было небольшим. По всей видимости, в той, прежней жизни оно использовалось в качестве зала ожидания. Пол был покрыт видавшим виды грязным ковролином, а вдоль стен тянулись прикрученные друг к другу деревянные стулья времён расцвета соцреализма. Крайне убогую обстановку несколько разбавлял диссонирующий новенький автомат по продаже охлаждённых напитков ярко-красного цвета с надписью "Coca-Cola".
— Как, блин, в сказке, — выдохнул я, уставившись на три одинаковые двери белого цвета.
— Что? — растерянно посмотрела на меня Маша.
— Ну, как же, налево пойдёшь — коня потеряешь... Да ладно, забей! — махнул я рукой, поняв по выражению лица девушки, что та не знакома с русским фольклором.
Недолго думая, я подошёл к двери, войдя в которую, мог потерять то, чего у меня отродясь-то не было.
— Постойте, пожалуйста, — взмолилась девушка, когда поняла, что я собираюсь покинуть комнату. — Вам не кажется, что здесь происходит что-то из ряда вон выходящее? Я только что убила человека, а вы двоих! В полицейском участке, чёрт побери!