— Подтверждаю, — вмешалась Маша. — Он бы и не вышел, если бы я его там не нашла, сидящего в углу со своим портфелем.
— Я же говорю, не герой я и мне нечего стыдиться, — парировал Колобок.
— Как же так? Вы говорили, что инкубационный период длится как минимум два часа?
— Верно, у людей. А вот у животных, оказывается, всё происходит гораздо быстрее.
— Ладно. Маш, помоги мне встать, — попросил я и протянул к ней руку.
Она с готовностью её подхватила, и я с трудом поднялся на ноги. Голова тут же закружилась. Я обеими руками ухватился за стол, чтобы не упасть.
— Сядьте, пожалуйста, вы ещё очень слабы, — забеспокоилась девушка, взяв меня под локоть.
За окном медленно появлялись отблески первых утренних лучей солнца. Вопреки ожиданию, я не услышал тех ночных звуков, о которых говорил Колобок. Может быть, всё уже позади? Может быть, правительство всё же справилось?
— Всё в порядке. Колобок прав, чем дольше мы здесь находимся, тем меньше у нас шансов отыскать своих близких и выбраться отсюда в безопасную зону, — сказал я, выпрямляясь.
— Кто? — спросила Маша, морща носик.
— Что кто? — не понял я.
— Ну…
— А, это. Павел, я имел в виду Павла. А Колобок — это персонаж из сказки, наш Паша очень на него похож.
— Не слышала эту сказку, но верю, что похож, — улыбнулась она. — Ко-ло-бок, — смакуя каждый слог, произнесла девушка. — Очень подходит!
Сам Павел её радости не разделял. Напротив, весь его вид говорил о попранном достоинстве. Но ссориться он не стал, явно полагая, что мы этой чести не достойны. Вместо этого он раздражённо произнёс:
— Так мы будем отсюда выбираться?
— Ну конечно! — ответил я и, схватив со стола монитор, запустил его в окно. Громкий треск разбитого стекла эхом прокатился по пустынному двору, заставив Колобка сжаться в комок.
— Вы что же это творите?! — возмущённо завопил он. — Ведь нас могут услышать!
— У вас было альтернативное предложение? — спросил я и, видя, как он потупился, продолжил: — Я так и думал. Я лезу первым, за мной Мария, замыкаете вы. Тут не высоко, но и не низко — метра два, два с половиной, так что аккуратнее. И особое внимание уделите битому стеклу под ногами. Только ранений нам сейчас и не хватало.
Чувствовал я себя гораздо лучше, чем в момент пробуждения, но всё же идеальным моё состояние назвать было трудно. Болела голова и странно ныли суставы. Я подошёл к подоконнику и, сбив торчащие из рамы осколки стекла, выглянул на улицу. Чисто. Одним махом я преодолел высокий подоконник и без осложнений приземлился на твёрдую поверхность внутреннего двора. Я и прежде не жаловался на свои физические способности. Годы занятий боевыми искусствами и калистеникой предполагали, что эту несложную задачу я выполню легко, но всё же такой прыти я от себя не ожидал. Я поднял голову к небу. Утро ещё не вступило в свои законные права, но на улице было уже достаточно светло. Бегло осмотревшись вокруг и не заметив ничего подозрительного, я махнул рукой Маше, ожидающей на подоконнике. Она выскочила слишком быстро, словно опасалась, что сзади её может схватить кто-то страшный, и едва удержалась на ногах, если бы я не подхватил её на руки.
— Прыгайте, — шепнул я Колобку, чья круглая физиономия появилась в окне сразу же, как только место на подоконнике освободилось. Ему тоже явно не терпелось выбраться наружу.