— Можно? — спросил я у Маши.
— Конечно, — пожала она плечами, — теперь он ваш.
Зарядив обойму, я вставил её в винтовку и, передёрнув затвор, поставил оружие на предохранитель. Инженеры, создавшие это оружие на замену устаревшей *VZ 58*, основательно его продумали: планка *Пикатинни* по всему цевью позволяла установить различные тактические приспособления. Три режима ведения огня — одиночные выстрелы, спаренные и очередью — повышали эффективность бойца в разы. Композитные материалы, складывающийся приклад, удобная эргономика и неприхотливость в обслуживании делали это оружие конкурентоспособным даже такой легенде, как немецкий *HK G36*, как по цене, так и по качеству.
Мои познания в этой области были закономерны. С юности я живо интересовался всем, что имело отношение к армии и оружию. Ради этого я занимался боевыми искусствами, тактической стрельбой и изучал произведения Макиавелли и Сунь-Цзы. Но при всём при этом мне так и не посчастливилось служить в армии. Мои родители решили, что советская армия без такого умного и прилежного мальчика, как я, обойдётся. Папа знал, кому и сколько нужно занести, чтобы меня отмазать. А я был тогда слишком молод, чтобы оспаривать это решение.
Винтовка была превосходной, и я с удовольствием воспользовался предложением Марии, взяв её себе. Она сама вооружилась охотничьим карабином системы Browning BAR MK3 Hunter под патрон .308 Winchester, с оптическим прицелом японской фирмы Hakko 12×50. По тому, как уверенно она обращалась с оружием, можно было понять, что знакома она с ним не понаслышке.
— Папа часто брал меня с собой на охоту, — сказала она, заметив моё удивление. — И я многому у него научилась. Первый трофей, огромного кабана, я подстрелила в 16 лет, как раз этим карабином. В честь этого он мне его и подарил.
— Чудесно, — ответил я и повернулся к Колобку. — Ну а как у вас с этим обстоят дела?
— Дайте подумать! — нахмурился он. — Ах да, было дело в молодости... Случай запомнился на всю жизнь. Любимая девушка, плюшевый медвежонок и ровно десять пулек, купленных на последние деньги в луна-парке, и... ни одного попадания!
— И как девушка? — поинтересовался я, улыбнувшись.
— Как ветром сдуло, на девятом выстреле.
— Ясно, — кивнул я и снял со стенда громоздкий, но лёгкий самозарядный дробовик Benelli M4. — Из этого чудо итальянского военпрома вы точно не промахнётесь.
Я зарядил поданные Машей 12-калиберные патроны в цилиндрическую обойму под стволом и коротко проинструктировал Колобка, как пользоваться ружьём, после чего протянул ему оружие.
— Ни при каких обстоятельствах не направляйте ствол туда, куда не собираетесь стрелять, понятно?
— А можно я без этого? Я очень нервничаю.
— Увы, никак нельзя. Придётся пересилить свои страхи. От этого может зависеть не только ваша жизнь, но и наша. Так что держите! — я вложил ружьё в его руки, и он неохотно прижал его к груди, скрестив руки, словно Тутанхамон свои регалии.
Собрав в рюкзаки всё необходимое, мы вернулись в квартиру и снова закрыли вход в склад.
— А что будем делать с остальным? — поинтересовалась Маша.
— Оставим на месте. Всё нам точно не вывезти, да и боеприпасы к некоторым моделям будет трудно найти. Здесь оно в относительной безопасности. Будем считать, что у нас теперь есть личный схрон на будущее.
— Если это будущее вообще наступит, — прокомментировал Колобок, поправляя лямки изрядно потяжелевшего рюкзака.
— Ну, а если так, то нам этот груз не понадобится. А вот переодеться во что-нибудь нам бы не мешало, — сказал я, вопросительно глядя на Машу.
— Да, конечно, в гардеробной полно подходящих вещей и обуви.
В гардеробной, под которую была отведена целая комната, действительно нашлось много полезного. Одежда, которую мне подобрала Маша из папиных охотничьих запасов, оказалась мне в пору — видимо, у нас с её отцом была одинаковая конституция. Правда, с размером ноги не повезло — он отличался на два размера, но, как говорила моя мама, на шерстяной носок сойдёт и такая обувь. Я с благодарностью принял от Маши высокие ботинки на шнуровке и охотничий костюм фирмы Blaser. А вот Колобку подобрать ничего подходящего не удалось, кроме Машиных кроссовок, которые выглядели на нём неестественно, но всё же были гораздо лучше его старых стоптанных туфель, которые он носил, по его словам, уже пять лет.
Переодевшись и навалив на себя нашу поклажу, мы вышли из квартиры и аккуратно прикрыли за собой дверь. Теперь, вооружённые до зубов, мы были готовы к любому повороту событий. К основному оружию я выбрал для нас запасные пистолет-пулемёты MP 38, ППШ и штурмгевер MP 44. Двигаться мы стали значительно медленнее, но я не мог оставить столь ценное оружие.