В эти дни в Москве находился командующий авиацией дальнего действия Голованов. По словам Александра Евгеньевича, он собирался решить несколько насущных вопросов связанных с модернизацией самолетов и перевооружении АДД на новую технику. Вопреки распространенному мнению, об английской кампании он даже не задумывался, решая рутинные вопросы поддержания боеготовности вверенных соединений. В разговоре со Сталиным, главнокомандующий вдруг спросил его, что товарищ Голованов думает о действиях Рихтгофена и немецких ВВС в целом. На что тот попросил материалы для развернутого ответа.
В своем докладе командующий авиацией дальнего действия подверг критике немцев, указав на главный недостаток - катастрофическую нехватку истребителей сопровождения и неизбежный, по его мнению, переход на ночные операции. Сталин, после короткого раздумья предложил ему набросать общий план ведения воздушной войны и потребные для этого силы. Примерно в это же время состоялась незаметная, но позже ставшая знаменательной встреча Голованова с Ворожейкиным. Мастер массирования авиации сразу нашел общий язык с командующим АДД. По их совместной инициативе было предложено свести все имеющиеся во Франции подразделения в одно большое формирование, имеющее единое независимое командование и единую специальную цель - достижение господства в воздухе над Англией.
Первоначально предполагалось создание единого центра координирующего действия для нескольких воздушных армий. Однако простейшие прикидки показали, что масштабы объединения и его задачи намного превосходят известные штаты ВА. По инициативе Ворожейкина командованию были даны дополнительные полномочия, а авиачасти подлежали переформированию.
Командующим стал Ворожейкин, начальником штаба Голованов, его помощником Скрипко. Однако, помимо собственно непосредственных командиров Фронту нужен был сильный, волевой лидер, пользующийся безусловным авторитетом среди летчиков и высшего командования. Такой человек в СССР был только один. Валерий Чкалов - человек-легенда и "лицо" Военно-воздушных сил Советского Союза. По известности и авторитету в мире с ним мог сравняться только один человек - Красный Барон Манфред Рихтгофен, живой талисман Люфтваффе. Присутствие Чкалова превращало любое мероприятие в вопрос чести всей страны, одного его слова было достаточно, чтобы упавшие духом воины превращались в отчаянных храбрецов. Однако, от предложенной ему должности члена военного совета Фронта Чкалов сначала отказался, мотивируя это нелюбовью и неготовностью к штабной работе…"
Он еще раз перечитал абзац. Да, наверное, так лучше всего. Дипломатичное и нейтральное "отказался" звучит гораздо лучше нежели "в гробу я видел ваши штабы, я летать буду". Незачем смущать неокрепшие умы подрастающего поколения некоторыми особенностями общения минувших времен.
"Будучи вызванным Политбюро, он в резкой форме отказался от обсуждения этой темы, искренне считая, что принесет больше пользы как летчик-испытатель.
Вопрос был неожиданно решен А. С. Яковлевым, организовавшим встречу Чкалова с пилотами 320-го иап, прибывшего получать новенькие яки. Видя горящие глаза рвущихся в бой лейтенантов, Чкалов махнул рукой и сказал исторические слова: "Небо будет нашим".
Принято считать, что он произнес эти слова позже, в мае, на берегу Канала, однако, это не так, чему свидетель - автор этих строк."
В мае на берегу Валерий говорил совсем другие вещи, но их то здесь приводить точно не следует, а то еще дети прочтут.
"Имя Чкалова в английской кампании овеяно легендами. Согласно им, он неоднократно поднимался в небо и водил истребители сопровождать бомбардировщики, летал на разведку и даже сбил не менее десятка спитфайров…"
Легенды и быль, быль и легенды. Сложный вопрос. Буквально на днях он с младшим внуком ходил в кино на "Приступ". Удивительно, но Шанов и Солодин получились очень похожи на себя настоящих, в том числе и внешне - на экране легендарная пара, как говорит нынешняя молодежь, "жгла разгонной ступенью". Покойник проконсультировал кинематографистов на славу, в фильм вошла даже потасовка в кабинете комдива, что было бы совершенно невозможно еще лет десять назад. Но вот сам штурм, когда Шанов повел в последний бой "броненосцев"…
Когда они вышли из кинотеатра, окруженные галдящими и возбужденными подростками, внук светился, его глазенки горели и можно было смело закладываться на что угодно - следующей моделью будет не самолет, а что-то бронепехотное. А дед терзался сомнением - может быть стоит рассказать, как все было на самом деле? Совершенно не так парадно, вовсе не красиво, но уж точно намного ярче и интереснее.
Нельзя скрывать правду, ее место неизбежно занимают мифы. А мифы - благодатная почва для "разоблачений" и дешевых спекуляций. Однако…
Красные комиссары без страха и упрека были красивой сказкой, имевшей мало общего с кровавой и грязной правдой гражданской смуты. Но на этой сказке выросло поколение, на пару с немцами нагнувшее всю Европу.
Единодушный рывок "штурмтруппенов" был красивой сказкой. Но на ней выросли те, кто через два десятилетия сражался с американскими морпехами и английскими "крюменами".
Он долго думал. Уже совсем стемнело, дом понемногу засыпал, утихали детские голоса.
"Будучи лично знакомым с Валерием, скажу лишь, что жизнь сложилась сложнее и интереснее, чем легендарные описания. Развеивать или подтверждать их я не вижу смысла.
Не важно, летал ли он на боевые вылеты вопреки однозначному запрету самого Сталина и сколько самолетов сбил при этом. Главное, что для воинов-красноармейцев и их друзей из Ротмахта это было правдой. Независимо от того, чем на самом деле занимался Чкалов.
Сложнее всего командованию Воздушного Фронта дались определение наряда сил и первоочередных целей для нанесения ударов. Мне довелось присутствовать на одном из первых в СССР применении американского изобретения, так называемого "мозгового штурма". В нем приняли участие люди как связанные с ВВС, так и не имеющие отношения к авиации, но напрямую причастные к теме высадки.
Первым был решен вопрос по группировке военно-транспортной авиации. Высадка в Англии предполагала масштабное использование воздушно-десантных сил, а также частичное воздушное снабжение высадившихся дивизий. В качестве необходимого количества было определено 350-400 самолетов. Предполагаемый высокий уровень потерь, в первую очередь за счет поврежденных машин, чье восстановление в первые, самые критические дни будет невозможным, план был увеличен в два раза, до тысячи самолетов. Это вполне соответствовало возможностям авиационной промышленности Советского Союза.
Самым трудным было определить потребное для успеха количество бомбардировщиков. Дефицит четырехмоторных машин и невозможность активно задействовать штурмовую авиацию вынуждал сделать ставку на двухмоторные самолеты. Изначально предполагалось, что оснащение новейшими турелями Ил-4, Ер-2, Ту-6ИН, Ту-8 даст им возможность успешно действовать в плотных формациях, но потери немцев вынудили пересмотреть эти планы. Ил-4 и Ер-2 перешли к действиям в ночное время, а "Туполевы" нашли поддержку в лице истребителей сопровождения, чье производство удалось поднять благодаря экстраординарным мерам. Количество бомбардировщиков было определено в две тысячи машин, основную часть из которых составляли Ту-6ИН и Ту-8, две-три сотни Пе-2 ориентировались на цели в южной Англии, по дальним целям на севере Острова должны были работать Ил-4, Ер-2 и Пе-8.
Поскольку даже самые сильные и защищенные машины требовали прикрытия, исходя из имеющегося парка бомбардировщиков количество истребителей сопровождения было определено также в две тысячи. В идеале их должны были составить тысяча МиГов и тысяча истребителей Таирова. Количество МиГов быстро превысило положенную квоту, а вот число "Таировых" так и не достигло положенных десяти сотен. Частично их подменяли вездесущие МиГи и специальная модификация Яков.