- Да ничего особенного, то, что и все подмастерья лекарей. – Опешил он, не ожидав вопроса.
- Отслеживать… как там у вас это называется… жизненную энергию умеешь отслеживать? – наконец выдал я.
- Ну да умею, это же основы. – Непонимающе ответил он.
- Отлично! – сказал я, а сам подумал: «Теперь и техники не надо». – И ещё одно, ты боль притуплять умеешь? – С серьёзным лицом спросил я его.
- Ну… - замялся парень. – Немного только.
- Хорошо, и так сойдёт. Давай начинать.
Мы с Ларсом, так звали подмастерье, перенесли кровать в центр комнаты. Поставив её так, чтобы ходить в круг неё ничего не мешало, я попросил Ларса отслеживать её жизненные показатели, а при вспышках боли постараться уменьшить её до минимума.
Опыта у меня в таких вещах было мало, но знания даваемые медом и отцом придавали мне уверенность.
Взглянув на рану женщины, обнаружил, что она начинает гнить. Открыв один пузырек со спиртом, смочил жидкостью свои руки и иглу с нитью. Открыв ещё один пузырёк, принялся промывать рану. Сама рана была на животе, не скажу, что она была самой ужасной, что я когда-либо видел, нет, в больнице у отца ещё и не таких ужасов насмотришься. Но всё же, живот был рассечён, но органы задеты небыли, видно её зацепило краешком, таким большим или даже огромным краешком. Осмотрев рану ещё раз, приступил к промыванию. Лицо девушки в эти минуты было ужасно страдальческим, но именно в эти моменты и подключался Ларс, деля её боль с собой, как он мне потом сказал. Кровь капала на пол лазарета, гнилые ошмётки плоти, хоть их было и немного, с хлюпающим звуком падали на пол. Закончив промывание, ещё раз окатил свои руки спиртом, так на всякий случай, и принялся зашивать рану. Мне ещё в детстве говорили, что у меня талант быть врачом, а в институте и подавно, так, что наложить несколько идеальных швов для меня не проблема. Зашив рану, я спросил у подмастерья состояние пациентки, на что он ответил, что всё нормально. Открыв красный флакон, понюхал мазь. Запаха нет. Взял иголку, перед этим смочив её в спирте, и проколол себе руку. Тут же начала идти кровь. Я, сморщившись, неприятно всё-таки, зачерпнул немного мази и помазал ранку. Внимательно наблюдая за реакцией, начал замечать, как ранка потихоньку затягивается и при этом от неё идёт какой-то странный дымок. Не став больше ждать, зачерпнул из баночки ещё немного и равномерно нанёс на зашитую рану женщины. Послышалось шипение, мазь начала испаряться. Посмотрев на Ларса, спросил:
- Ну, чем порадуешь.
- Жизненная энергия начала потихоньку восстанавливаться, это чудо какое-то, а ты точно не какой-нибудь знаменитый лекарь из столицы. – Удивлённо, восторженно и в тоже время устало проговорил подмастерье.
- Хорошо, накрой её пледом, чтобы мазь не испарилась. – Повернувшись к прапорщику. – Я закончил, скоро должна очнуться. Предупреждаю, никаких резких движений, тяжёлой работы и тому подобное, и вообще постельный режим.
Сама операция длилась не более двадцати минут, но вымотать меня успела. Сказав Ларсу, что бы подготовился к дальнейшим операциям и вымыть всю кровь, присел рядом с кроватью женщины. Надо сказать, что я успел вовремя, она потеряла примерно от 20% до 30% крови. За спиной послышались шаркающие шаги, рядом сел прапорщик.
- Спасибо тебе…
- Эрнест. – Подсказал ему я.
- Благородный значит, ну раз сюда попал, значит уже нет. – Грустно улыбнулся прапорщик. – Я Руслан, чего смотришь, знаю я, что имя редкое, дед дал. Так вот, спасибо тебе, Эрнест, в долгу не останусь.
- Когда очнётся. – Кинул я взгляд на ненаглядную Руслана. – Тогда и поговорим, с вашего позволения. – Отрезал я, вставая.
В этот момент дверь распахнулась, и в комнату влетел маленький и милый ураган лет шестнадцати, с зелёными глазами и рыжими волосами.
- Отец! Я только что узнала, что ты срочно вызвал Ларса, неужели мама умерла!? – Проносясь мимо нас, тараторила плачущая девчушка, подбегая прямо к Руслану.
- Ты что вообще тут делаешь? Ну же успокойся! Всё обошлось, мам поправиться, её спасли. – С тёплой улыбкой прапорщик прижал к себе дочь и пустил скупую мужскую слезу.
- Это правда!? Но ведь я слышала твой с Ларсом разговор, что маме осталось не больше пары дней. – Со смесью радости и некой толикой грусти в конце, проговорила она.
- Успокойся, всё уже в прошлом. К нам привезли новых рекрутов, и среди них оказался лекарь. Это наше счастье, я смог его заметить, и он помог нашей маме. – Продолжал Руслан успокаивать свою дочь.
- Я так счастлива! Но когда она очнется, отец?
- Спроси у него, это он вылечил нашу маму. – Указал на меня этот старик, при этом хитро улыбнувшись. Вот черт старый, он же не мог заметить, как я пялюсь на его дочь, так ведь? Ну всё, она подходит, надо взять себя в руки.