— Я думала, что хороших людей больше не осталось. Но с тех пор, как вы помогли мне, я в смятении, — вымолвила девочка.
Увидев глаза девочки на мгновенье, я хотел защитить их обоих. Пока я вижу, что кто-то страдает, я буду их защищать. Это все из-за того, что я все еще помню ученика из своей прошлой жизни, у которого были точно такие же глаза.
Все это сентиментально, но все равно замечательно. Настоящий я, а не какой-то старик с шестидесяти годами сплошных ошибок за спиной. Я намерен жить инстинктивно, прямо как в молодости.
— Вы отчаянно пытались защитить друг друга? Я думал, что могу доверять вам.
— Если Северус-сама говорит такое, я тоже доверяю вам. Так что вы примите мою просьбу: помимо обучения, будете слугами? — сказала Эльза.
— Слугами? Я не собирался делать их слугами.
— Я не могу кормить этих двух, которые ничего не делают. Дом и еда имеет главную ценность, поэтому вы должны помочь нашей работе в первую очередь, — настаивала Эльза.
— М-м, это конечно, — не мог не согласиться я.
Просто физической подготовки или самообразования недостаточно; мы должны также наделить их опытом, помогая по дому.
— Мне стыдно признаться, но в последнее время я часто думала о том, что работы было невпроворот и нам нужно больше слуг.
— Поскольку мне не жалко потратить время на их образование, мне нужно разрешение, — сказал я.
— Если Эльза позволит им остаться, я не возражаю. Первое, что нужно сделать, это согласовать это с братом и сестрой, — вмешался в разговор Бен.
— Поскольку вы спасли их жизни, я думаю, не будет никаких проблем, — Эльза была непоколебима.
— Если вы чувствуете себя обязанным обучить их, пусть учатся всему, — вторил ей Бен.
— Уху-ху, да. Действительно, как Ария-сама, — сказала Эльза.
Даже так, я был смущен, когда они это говорили. Чувствуя неловкость, я решил сменить тему.
— Подготовьтесь к ужину. Мы должны управиться с едой. Я сделаю сегодня котлету из свинины.
— Это новое блюдо? Я так рад, — восхищено заговорил Бен.
Я надеюсь, что это новое блюдо будет первым добрым делом, которое им запомнится. Я намереваюсь атаковать через их же животы.
Теперь, когда еда готова, все собрались в гостиной. Успокоившись, я решил закончить допрос этих двоих.
— Что это!? Она такая хрустящая и мясистая! Кроме того, майонез внутри! — завопила Нана.
— Помолчи.
Я специально спланировал эту сцену, давая Нане первой отведать еду перед этими двумя. Кстати, котлета была помещена между ломтиками хлеба.
В то время как Нана предавалась экстазу, вкушая еду с ее любимым майонезом, я понял, что это не было ошибкой. Эти двое смотрели с завистью на ароматное блюдо, а Реус начал пускать слюни.
— Для вас плохо есть все подряд, — ненароком обронил я.
— Я не верю тебе! В отличие от старшей сестры! — выкрикнул Реус.
— Э-Эй Реус! Извините за грубость моего младшего брата!
— Не беспокойся об этом. Кстати, что было последним, что вы оба съели?
— Это... Не было никакого мяса, поэтому мы ели полевые цветы, но потом перестали. Суп был первой едой за все время.
— Это так. Отсутствие еды ослабило ваши внутренние органы. Если вы съедите это, то вас стошнит.
— Не стошнит! — был не согласен Реус.
— Простите! Простите! — извинялась девочка.
Реус продолжал делать наглые заявления, не понимая всей ситуации. Он жил с таким рабским отношением.
— Хорошо. Если ты здоров, то будь терпеливым.
— Да! Ах... И простите нас, — извинилась девочка.
Она по-видимому также желала поесть, поэтому неумышленно ответила и была смущена. Ну, ее искренность хороша.
— Я представился ранее, представиться снова?
— Да ... Да кто ты, черт возьми? — грубо спросил меня Реус.
— Реус! — крикнула на него сестра.
— Хорошо, тогда я представлюсь. Я — Северус, господин этого дома.
Далее я представил Эльзу, Бена и Нану. Во время знакомства, Нана случайно подавилась небольшим глотком воды, но это не повлияло на ход беседы.
— Гм, действительно ли Северус-сама — дворянин? — спросила девочка.
— Дворянин на данный момент, я думаю? Но не обязательно разговаривать со мной слишком официально. Я не такой тип человека.
— Тогда, я — Эмилия. Хотя поздно, но все равно, спасибо за помощь, — девочка поклонилась и обернулась в сторону Реуса. — Эй, ты тоже скажи.
— Я... Я Реус.
Эмилия и Реус, хм. Поскольку голос Реуса стремительно стал покорным, может быть, он понял, что я дворянин и застыдился?
— Твой голос быстро стал таким притихшим, хм. Что случилось с твоей уверенностью?