За окнами небольшого уютного домика на окраине Леры стояла глубокая ночь, чистое безоблачное небо усеяли яркие звёзды, но сидящего в кресле перед окном мужчину ночные пейзажи интересовали меньше всего - в эту, впрочем, как и в прошлую, и позапрошлую ночь, мужчина работал. Андрей, а это был именно он, всё свободное время посвящал работе над собой, осваивая, расширяя и углубляя свои новоприобретённые способности. Жаль, что свободное время у него было преимущественно по ночам...
Сумев воспроизвести и освоить различные аналоги известного в империи и придуманного им лично вооружения, выбрав из них самые на его взгляд наилучшие, и доведя их применение до автоматизма на полигонах, Андрей, при использовании доступного ему процесса ускорения собственного тела, на текущий момент представлял собой грозную боевую единицу, по мощи и поражающей способности не уступающую даже эскадре боевых имперских крейсеров - он так же, как и эта космическая эскадра, мог одним усилием мысли взорвать планету или уничтожить армаду космических кораблей. Но вот в плане уязвимости Андрей пока значительно проигрывал не то что эскадре, но даже самому захудалому списанному армейскому эсминцу. Тело его, пусть даже на порядок более сильное, быстрое и смертоносное, чем тело любого другого человека, даже если этим человеком был подготовленный боец армии Лерой, всё же оставалось обычным человеческим телом, которое достаточно легко уничтожить несмотря даже на его фантастическую регенерацию. И пусть Андрей уже научился ускоряться до таких скоростей, что ему становилось доступным увидеть выпущенный из кинетического оружия снаряд, но вот увернуться от него он всё равно не мог - организм человека не был рассчитан на подобные ускорения, а телепортировать самого себя у него пока что не получалось, хотя в ближайшее время ожидался прорыв и в этой области. Но если просто уклоняться не получалось - значит, было необходимо научиться как-то защищаться. То есть изготовить личную броню...
Броня для собственного тела оказалась достаточно сложным устройством - Андрей бился над её изготовлением уже более нескольких месяцев, и результаты получились более чем спорные. Вначале он пробовал копировать все известные ему образцы имеющейся в империи брони, но лишь для того, чтобы при испытаниях признать их несостоятельность - более тяжёлых, грубых и неэффективных устройств он даже не мог себе представить. Та броня, которой он когда-то давно восторгался на звездолёте Омега, могла защитить разве что от холодного оружия, да ещё от маломощных ручных ружей и пистолетов. Любое мощное и даже среднее ручное оружие этой брони даже не замечало, а в случае столкновения с любым имперским военным дроном не спасала вообще ни одна известная в империи индивидуальная броня. Поэтому, поэкспериментировав с имеющимися в империи образцами, Андрей отбросил их в сторону и начал разработку собственной брони с нуля.
Конструирование он начал с создания аналога средневековой кольчуги. За основу он принял синтезированную им шестигранную пластину размером менее миллиметра, изготовленную из особым образом переплетённых жгутов электромагнитного поля. Толщина пластины, не видимой обычным глазом и ощущающейся Андреем только на уровне чувственных и тактильных ощущений, была не больше нескольких микрон, а прочность такова, что для её пробития понадобилась бы энергия, достаточная для разрыва гравитационных связей атомного ядра. Возможно, эта пластина уцелела бы даже в эпицентре термоядерного взрыва... Из этих пластин Андрей собрал аналог второй кожи, разместив её в доле миллиметра от собственного тела. Микроскопические разрывы в этой "второй коже", возникшие в месте соединения закруглённых углов шестигранника, были вполне достаточны для свободного прохода воздуха - тело, порытое этой "кожей", легко дышало, не ощущая наличия препятствия между собой и атмосферой. Основное достоинство полученной брони было в её полной прозрачности - она была не только невидима обычным взглядом, но и не регистрировалась ни одним из имеющихся в империи сканеров.
Электромагнитная "кожа" оказалась весьма эффективна в качестве защиты как от кинетического, так и радиоволнового и светового оружия - при силовом воздействии на пластину та смещалась почти вплотную к телу, но, чем ближе к телу она была, тем сильнее оказывалось её взаимодействие с соседними пластинами - броня как будто каменела, распределяя импульс по площади всего тела. К тому же пластины под давлением немного прогибались, становясь похожими на отражающие вогнутые зеркала, сфокусированные в сторону, откуда пришла атака. Коэффициент отражения полученной брони достигал девяноста восьми процентов - агрессор, попытавшийся применить к Андрею любое световое, волновое или кинетическое оружие, получал собственный выстрел обратно. Несколько хуже броня отражала плазменные заряды, но и тут коэффициент отражения превышал девяносто процентов, что Андрей посчитал пока приемлемым.