— Странно, — произнес лемесай, чьи зрачки двигались так, словно читали нечто невидимое остальным. — Согласно моим данным, контакт с Кириллом Лисицким произошел больше восьми стандартных лет назад.
— Так и есть, — кивнул Рейли. — Девять лет и семь месяцев по земному календарю.
— Я же говорил: от мийсау одни проблемы, — прорычал ретау.
До Кирилла его слова донеслись словно сквозь вату. Девять лет? Как? Когда? Почему? Возникшее было отрицание быстро сошло на нет: не стали бы его обманывать подобным образом. Зачем? Косвенным образом правдивость их слов подтверждал и неожиданно повзрослевший внешний вид, его изменения как раз совпадали с озвученными цифрами. Оставалось только признать, что, возможно, девять лет его жизни и в самом деле куда-то пропали. Но когда? И куда конкретно?
Возможно ли, что он просто потерял счет времени, когда находился в Ковчеге? Да, такое вполне могло произойти. Но как тогда объяснить дату в календаре ТиЭй, которая такую возможность полностью отрицала? Он сам ее изменил? Но зачем? Ошибка? Кирилл парой движений глаз синхронизировал личное время с показателями капсулы. Числа совпали.
— Ничего не понимаю, — произнес он под внимательными взглядами остальных. — Для меня и года не прошло. Могу скинуть временные метки.
— Человеческая техника, — презрительно махнул рукой Эраду. — Дайте мне двадцать минут, и она будет утверждать, что парень чистокровный ретау и прибыл из будущего, чтобы всех нас спасти. Впрочем, он, возможно, действительно не понимает, что происходит. Это вполне в духе мийсау.
“Может и в самом деле?” — подумал Кирилл.
Что, если из той схватки перед капсулой он вышел вовсе не победителем? А Линала повелитель вовсе не материи, как утверждает, а разума? Это многое бы объяснило. Он ведь и на свой возраст обратил внимание только после встречи с ней.
Но кое-что в предложенной ретау версии не сходилось. Для начала, если Линала действительно настолько сильный повелитель разума, почему она оставила в своих планах такой явный изъян? Создание поддельных воспоминаний для нее не должно являться чем-то запредельным. Глупо.
Но допустим. Предположим, что сыграл какой-то неизвестный фактор. Может Линала уроки по созданию поддельных воспоминаний прогуливала. Но зачем тогда вообще брать Кирилла с собой? Из-за капсулы? Случайно нашла. Всяко меньше подозрений, чем вот так. Почему девять лет?
— Как-то сложновато выглядит, — невольно озвучил размышления Кирилла Рейли.
— Я воевал с мийсау половину своей сознательной жизни: для них что-то подобное как раз в пределах нормы, — не спуская взгляда с Линалы, произнес Эраду. — В тот момент, когда ты поверишь, что происходящее слишком безумно для любого плана, ты проиграл.
— Звучит, как паранойя, — усмехнулся Кирилл.
— У нас это называют опытом, человек, — презрительно бросил Эраду.
Кирилл чувствовал, что слова ретау находят отклик среди местных. Как известно, чем чудовищней ложь, тем охотнее в нее верят. В этом смысле ретау выбрал беспроигрышный вариант. Все выдвинутые им утверждения базировались исключительно на его собственной уверенности и авторитете, а мийсау в них представлялись настоящими исчадиями ада. Тот же вайси, к примеру, уже полностью утвердился в мысли, что от нежданных визитеров пора избавляться. Рейли колебался. Эмоции Кессеза, как и самого Эраду, Кирилл по какой-то прочитать не мог.
— Что ж, в таком случае вы ведь не будете против небольшого эксперимента, чтобы разрешить наш спор? — усмехнулся Кирилл, сверля взглядом перекошенную морду ретау.
— Попробуй удивить меня, человек, — прищурился ящер.
— Так уж вышло, что я уверен в своей способности защититься от любой ментальной манипуляции, — произнес Кирилл. — Если лучший из ваших психо сумеет прочитать мою память, хоть кусочек, значит в вас и в самом деле говорит опыт. Если же нет — паранойя. Довольно просто на мой взгляд.
— По-твоему, я должен оторвать своего лучшего специалиста от работы только для того, чтобы тебе что-то доказать? — Эраду рассмеялся. — Не интересует.
— А я бы посмотрел, — неожиданно раздался голос Брана Рейли. — Не в моих правилах отказывать кому-то в убежище только на основании чьих-то домыслов.
— Поддерживаю, — произнес лемесай. — Не то чтобы я не доверял вашему мнению, тол Эраду, но касательно мийсау вы все же мыслите несколько односторонне.
— В самом деле, эттен Кессез? — оскалился ретау. — У вас есть другое объяснение провалу в памяти длинною в восемь лет?
— Очередная аномалия, — без лишних эмоций предположил лемесай, подняв руку на уровень лица и описав ладонью круг. — Тот же синий туман обладает схожим эффектом.