То ли дар убеждения сработал, то ли выпитая медовуха, но Толян расслабился и успокоился.
Когда Нюра вернулась в дом и замерла на пороге, захмелевший Толян бухнулся перед ней на колени.
— Прости меня, Нюра — заплетающимся языком извинялся он перед женой.
Потом перешёл на свое наречие и начал говорить быстро — быстро, обняв ее за бедра и прижимаясь щекой к животу.
Нюра отвечала, гладила его по голове, улыбалась сквозь набежавшие слезы.
Виктор и Егор переглянулись и молча вышли, оставив их вдвоем.
— Всё хорошо, он просто испугался, что Нюра умрет как две его жены- объяснял вернувшийся к женщинам Егор. — А мы с Виктором как смогли успокоили его. Марин, можно я спать пойду? Устал чего-то — и Егор ушел в комнату
Лиза взяла Виктора под руку-И мы пойдем, к ужину нас не ждите. Ох, эти мужчины, у них похоже, на генном уровне все проблемы с помощью алкоголя решать.
Виктор и не думал сопротивляться и спорить.
Марина присела возле притихших девчонок — Ну что, красавицы, и так в семейной жизни бывает.
— Я и хуже видела-тихо ответила Таня- у нас как папка напивался, так мы с мамой по соседям прятались, пока не уснет. А однажды не успели — она тяжело вздохнула — и не стало мамы. А потом и папки, когда понял, что натворил — повесился. А меня в детдом. Знаешь, Марина, я только здесь поняла как здорово иметь большую дружную семью, где все друг за друга. Не знаю, каким силам нужно сказать спасибо за то, что мы все здесь оказались. Представляю как тебе трудно было одной сначала. А сейчас вон нас сколько. И каждый со своей одинокой историей. Только эти истории уже в прошлом, а настоящее здесь замечательное, и будущее будет ещё лучше, правда?
— Конечно, Таня, — Марина обняла девушку — все плохое далеко в прошлом а впереди только хорошее. Главное, мы сами наше будущее создаём.
Глава сорок третья
Весна в этом году пришла ранняя, горячие солнечные лучи очень быстро прогрели воздух, землю, воду. Природа просыпалась от зимнего сна.
По утрам белые полосы тумана ползли от реки, поднимались к горному кряжу, растворяясь смешивались с облаками. Это было фантастическое зрелище. Марина любила приходить на берег и наблюдать за парящей водой под нежные птичьи трели.
Теперь, когда их быт вошёл в привычный и уверенный ритм, ей удавалось найти время для небольшого отдыха. Она так и говорила своим: — Я медитировать — и все знали, что в ближайшие полчаса Марину беспокоить не стоит.
Присев по-турецки на шкуру, брошенную на траву, Марина закрыла глаза и сделав три глубоких вдоха и выдоха, замерла, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Сердце выдавало четкий ритм.
Щебет птиц, плеск воды у берега, шелест листьев, относительная умиротворяющая тишина. Выпрямив спину и положив руки на колени Марина приступила к медитации.
Вдруг до ее слуха донёсся не то плач, не то писк. Она открыла глаза, прислушалась. Писк повторился. Тоненький, жалобный он раздавался где-то совсем рядом.
Марина поднялась и пошла на просьбу о помощи. Именно так и воспринимался этот звук.
— Где же ты? Где? — писк раздавался совсем рядом.
Маленький, мокрый, дрожащий котенок буквально кинулся ей под ноги. Марина взяла его на руки, прижала к груди.
— Малыш, ты откуда здесь? Ну все, все, — поглаживая котенка, приговаривала- успокойся, ты попал к нам, значит все у тебя будет хорошо, вырастешь большим рыжим котом, вот ребята обрадуются.
И она поспешила вернуться с нечаянной находкой домой.
Через час Василий(так его решили назвать большинством голосов) выкупанный и накормленный разведённым козьим молоком спал на теплой печке. Илюшка забрался к нему на лежанку и с любопытством рассматривал невиданное до сих пор животное.
— Мама, он кто?
— Кот, скоро он освоится, подрастет и ты сможешь с ним играть, зовут его Вася.
— Вася- осторожно гладя по рыжей шерстке рукой- повторил сын- он будет мне друг? Да, мама?
— Конечно будет, сынок. Он будет другом и тебе и Даре и всем нам.
В подтверждение Марининых слов Васька открыл глаза и мяукнув, потерся головой об Илюшкин бок. Потом устроился на его коленях, свернулся в клубок и снова уснул. Таким "усидчивым" сына Марина давно не видела. Мальчик сидел, практически не шевелясь, поглаживая спящего котенка, потом осторожно прилёг, не выпуская Ваську из рук и тоже уснул.
Впоследствии кот позволял себя гладить и ласкать всем, но каждый вечер приходил только к Илюшке в кровать, устраивался у него в ногах и до самого утра охранял сон маленького друга.
Пашня вскоре зазеленела дружными всходами, на огороде радовала подрастающая как на дрожжах, рассада. Короткие дожди раз в три-четыре дня были как нельзя кстати.