— Прости, — Дарьяна взгляд свой отвела. Смиренье лебедка показала. — Не мне тебя учить, ты вправе всю страну под корень развалить. Но сына тронуть не позволю!
В ее глазах разгорелось пламя и страх затронул руки. Она дрожала, боясь перечить мужу и понимая, что другой он. Она не знала души, что призвала, поэтому молчала. Старалась кроткой быть, не показывать ни норов, ни мечты. Ей сына лишь сберечь от боли надо, а остальное... Никто не застрахован от нерадостных обид и встреч.
— Я понял, — внезапно произнес мужчина. — Подумаю над извинением.
Он сжал свой кулак, стараясь не показывать своих истинных стремлений.
— Переоденусь и пойду в казарму, чтобы прощение просить, — слегка склонилась дева и свет от солнца тронул русую косу. Как будто бы корона в волосах вдруг отразилась и привлекла внимание кровь мужнею.
— Ты подойди попозже, — тихонько произнес мужчина. — Да и поговорить нам надо по душам.
Он вновь взглянула на красоту жены и тихо поздравил сам себя. Царица, русая коса, прелестный стан, красавица, характер столь спокойный, умудренный, что хочется благодарить свою удачу.
Он умер? Ну и что ж? Ведь в этом мире его ждала за все ненастья сладкая награда.
Дарьяна коротко поклонилась и вышла. Столь пристальный мужчины взгляд был нов для девушки, и странное томленье вдруг разливалось от близости супруга.
Признание Сурмата
Дарьяна прочь ушла. Она хотела править. В ее руках вдруг появилась власть. Но вот судьба ее во власти мужа. Его решение может стать концом.
Царица за наследника боялась.
Раз родной отец ненавидел сына, то муж чужой способен страшное дело учинить. Непросто казнит, убьет, а страдать заставит. Неясно, что скрыто в голове того, кто смерть прошел. Хотелось Матушке-царице успокоить ум чужого прелестными телами дев и сытным пузом. Пусть занят будет муж всем, кроме дел, тогда и думать о защите сына не придется.
И посвящать в проблемы царства не хотелось. Учить сидеть на троне, не было желанья. Она чернавок собирала в мужнее поместье, чтобы супруг забыл о том, что есть сын и жена — Дарьяна.
— Матушка-царица, — низко поклонился Сурмат и взглянул на светлый лик с тайными желаниями. — Всеволод позволил себе больше, чем имеет право требовать муж. Неужели вы оставите боль безнаказанной?
— Я молчу за сына, значит, обиды за другое ничего не значат. — встревоженно прошептала Дарьяна.
— Он на вашей территории. С ним, может, случиться все что угодно, — подначивал воин. — Всем известно, что Всеволод не воин, не наездник.
— Оболтус и самодур, ты прав, — резко прервала Дарьяна суровый голос.
— Царю пора ответить за то, что он над вами совершал. Вам стоит слово молвить и здесь, на окраине царства, Всеволод найдет вечный покой.
— Явь лишится мужа, Навь приобретет неприкаянную душу, а Правь накажет тех, кто зло сплетет, — качнула дева головой. — Этот терем-дом и здесь мир нужен. Мой дар от сил неведомых, но не для зла дан.
— В этом доме зло лишь от супруга вашего! — разгорячено крикнул воин. — Вы плачете ночами, стоило ему явиться. Я не могу "не видеть" ваших слез, как делают другие. Мне счастье ваше дорого, как собственная жизнь!
Отпрянула царица прочь от воина своего. Взглянула на мужчину, поняв его мотивы.
— Была бы я простой девицей, твои слова за радость бы считала. Уверена, мне не пришлось бы жертвовать собой и счастлива быть б в твоем доме. Но жизнь дана другая.
— Если вам, царица, будет угодно, способны изменить свою судьбу. У вас есть сын, он царство взять обязан. И если не вы царя, то Всеволод найдет причину свергнуть вас. Вы знаете, что девка домавая есть у него? Она на сносях. Супруг еще ребенка ожидает. Готов Ему дарить счастье и любовь.
Дарьяна замерла, тихонько отвернулась. Халат ее поймал лучистое тепло. Сверкнула вышивка на платье. Башмачки тихонько прошли по полу.
Она молчала. Волновалась не за приплод царя, а за того, кто был в супруга шкуре.
Ведь правда, можно все закончить быстро, но вот вопрос - зачем, насколько? Зачем желать всем смерти, если можно управлять из тени? Насколько долго можно хранить мир, коль девица родит наследника? Сейчас Всеволод ей нужен, даже если это свяжет руки. С супругом было трудно. С чужим пока не так сложно.
Сурмат сделал два шага к деве, но та величественно посмотрела в его глаза.
— Оставь. Свои слова докажи на деле. Не тронь царя, а защищай царевича всегда. Проверяй игрушки, воду, яства. Ходи за ним, как тень, и стереги во сне.