С той стороны его уже ждали. Полтинник пополз в другую сторону, туда, где уже начинала дымить и тарахтеть выхлопная труба. Послышались азартные выкрики преследователей.
Родион выбрался из-под автобуса и побежал не разбирая дороги. На него оборачивались и уже начали показывать пальцем. Увидев замаячившую впереди милицейскую форму, он тут же перешел на шаг. Попасть в руки к ментам ему хотелось не больше, чем стать жертвой боевиков Мосла. Вспомнился оброненный «Макаров» с отпечатками его пальцев.
И все же в присутствии ментов эти ребята вряд ли отважатся стрелять. Не совсем же они безбашенные. Стараясь идти как можно спокойнее, Серебряков направился к расположенной на окраине автовокзала стоянке такси. Если удастся вскочить в одну из машин, то можно будет попробовать оторваться.
Не доходя до ближайшего автомобиля нескольких метров, Родион оглянулся. Преследователи, также без осложнений миновав милицейский патруль, быстрым шагом двигались в его сторону. Не раздумывая больше ни секунды, Полтинник подскочил к белой «Волге» с шашечками на крыше.
Ее водитель — молодой небритый кавказец, одетый в спортивный костюм, выходил из салона, поигрывая ключами. Увидев спешившего к нему парня, спросил:
— Куда тебе, брат? Довезу в лучшем…
Родион выхватил у него ключи и толкнул таксиста в грудь с такой силой, что тот опрокинулся на спину. Погоня была уже близко. «Прилизанный» на ходу вытаскивал пушку из своей барсетки. Похоже, ни пассажиры на автовокзале, ни торчавшие неподалеку менты его нисколько не смущали.
Серебряков запрыгнул в салон и завел машину. Не обращая внимания на незадачливого таксиста, Родион ударил по газам. Чтобы не врезаться в стоявшие впереди «Жигули», он сдал назад и едва не зацепил при этом подоспевших боевиков Мосла. Потом, заложив крутой вираж, Полтинник, выжимая из «Волги» все возможное, стремительно умчался с территории автовокзала.
Раздался звук выстрела. Попав в заднее стекло, пуля вылетела через лобовое, лишь чудом не зацепив Родиона.
Чтобы не попасть в аварию и не задавить кого-нибудь ненароком, он резко сбросил скорость. Посмотрев в зеркало заднего вида, заскрипел зубами. За ним гнались, в этом не было никаких сомнений. Серебристый «ауди», нарушая все правила дорожного движения, приближался с каждой секундой. К тому же похоже, что его преследовали сразу несколько машин. Скорее всего, в не отстававшей от «ауди» «тойоте» тоже находились боевики Мосла.
Полтинник свернул к окраине города — в центре обилие людей мешало ему развить приличную скорость. Гнавшиеся же за ним вели себя так, будто участвовали в каких-то беспредельных гонках. Родион заметил, как сбитый бешено мчавшимся «ауди» нерасторопный пешеход отлетел далеко в сторону.
«Уроды! — с ненавистью подумал Серебряков, сознавая, что и сам отчасти виновен в этом наезде. — Ну, подождите, суки, сейчас вы у меня сами в кювете окажетесь!»
Родион еще сбавил скорость. «Ауди» нагонял его. Они уже мчались по дороге, расположенной высоко над берегом моря, впереди их ожидал крутой поворот.
Когда «ауди» поравнялся с ним и из бокового окна появилась рука с зажатым в ней пистолетом, Полтинник резко вывернул руль влево. Тяжелая «Волга» с глухим стуком врезалась в серебристый автомобиль. На полном ходу потеряв управление, «ауди» снес ограждение и рухнул вниз. Серебряков услышал отчаянный крик, а через пару секунд раздался оглушительный взрыв.
Родион обернулся, так как потерял из виду вторую машину, гнавшуюся за ним, и на мгновение отвлекся от дороги. Такое невнимание ему дорого обошлось. «Волга» вильнула в сторону и врезалась в гору. Скорость была сравнительно небольшой, поэтому Полтинник отделался лишь синяками и ушибами. Пытаться завести разбитую машину смысла не было: из-за поворота уже показалась «тойота».
Понимая, что его вот-вот настигнут, Родион бросился бежать. Он рванул вверх по холму — назад, в сторону города. Преодолев метров сто, оглянулся. Внизу виднелась его разбитая «Волга» и пристроившаяся рядом машина преследователей. Все четыре дверцы «тойоты» были распахнуты. По его следу шли трое. Даже если они не вооружены, чего конечно же быть не может, один он с ними не справится.
Полтинник побежал дальше. Никогда в жизни он не чувствовал себя настолько уставшим. Ноги отказывались ему служить, легкие разрывались, в правом боку кололо, а перед глазами плясали оранжевые крути. Только бы не споткнуться в темноте и не упасть! Тогда конец!
Он уже не разбирал дороги, почти не осознавал, куда несется и сколько времени длится этот сумасшедший бег.
Вскоре Родиону пришлось продираться сквозь какие-то заросли. Колючие ветки больно хлестали по телу, как будто норовя выколоть глаза. Через минуту он уткнулся в бетонный забор, который тянулся, насколько хватало глаз. Огибать это препятствие Серебряков не решился: судя по хрусту ломаемых веток, люди Мосла идут по пятам и вскоре он станет для них великолепной мишенью…