Пост ГАИ миновали без проблем. Когда грузовик слегка замедлил ход, рука Варяга сама потянулась к рукоятке пистолета. Но все обошлось, и машина, не останавливаясь, стала снова набирать обороты. Варяг облегченно вздохнул и расслабился. Потом пробрался к борту кузова, чтобы иметь возможность выскочить при первом же удобном случае. Его не прельщала перспектива трястись до Краснодара на жестком полу среди ящиков. К тому же не было никакой гарантии, что следующий пост милиции окажется столь же нелюбопытным, как предыдущий.
ГЛАВА 8
За тремя сдвинутыми столами шла грандиозная пьянка. Участвовали в ней в основном молодые крепкие парни, тела многих из них были разрисованы татуировками. У некоторых на коленях сидели закутанные в простыни, а то и вовсе обнаженные девицы.
Банщики, обслуживавшие это пиршество, прекрасно понимали, что за гости пожаловали к ним на этот раз, и поэтому выполняли все их требования четко и в срок. Никто не горел желанием получить за недопонятую фразу в лицо или тем более встать на денежный счетчик. Прецеденты уже были.
Стол ломился от обилия выпивки и закусок. Раскрасневшиеся мужики грубо щупали девиц, те повизгивали. Кое-кто ожесточенно спорил, вспоминая детали последней разборки с конкурентами, кто-то, перекрикивая магнитофон, затянул блатную песню, а два огромных, накачанных парня затеяли бороться на руках прямо посреди тарелок, бутылок и рюмок.
У обоих сразу же объявились болельщики, и все они принялись дружно подбадривать рычавших от натуги соперников.
Несколько человек решили освежиться и с разбегу прыгнули в бассейн. В воздух взлетели тучи брызг. Какая-то перепившая блондинка попыталась тоже искупаться, однако ноги уже не держали девушку. Она упала и ударилась головой о борт бассейна. Это происшествие вызвало целую бурю смеха, тем более что она так и не встала, потеряв сознание. Никто и не подумал поднять ее. Гулянка продолжалась как ни в чем не бывало.
В отдельном кабинете, куда долетали отголоски бурного веселья «пехоты», за накрытым столом сидели двое. Похоже, они только что вернулись из парной: их тела были красными, по ним обильно струился пот. Мужчины усиленно налегали на пиво, хотя на столе стояла открытая, но еще так и не начатая бутылка виски. Из закуски была икра, селедочка и целая гора вареных раков, едва умещавшихся на огромном блюде.
Сухопарый и рыжеватый человек отломил рачью клешню, второй, полный лысеющий мужчина с татуированными розами ветров на плечах и коленях, откинулся на спинку кресла и закурил.
Сухопарый, расправившись с клешней, заметил:
— Что-то запаздывает Эдик. Тебе, Савва, не кажется? Может, не уважает?
— Да нет, он мужик с головой…
— Вот именно, что мужик, — с презрением перебил сухопарый.
— Наверное, в Госдуме задержался, — усмехнулся толстяк и хлопнул по животу, то ли отгоняя назойливую муху, то ли смахивая капли пота, — занимается… этим, как его… Ну что они там делают? Чем занимаются?
— Болтовней. А вообще-то это называется законотворчеством.
— Во-во… Придет, никуда не денется. Он без нас это дело не потянет.
— Прийти-то придет, — недовольно ответил рыжеватый, — но вот с какими вестями…
Полный пожал плечами:
— С нормальными. Мы с тобой по-любому в шоколаде будем. Выгорит дельце — хорошо, на самый верх подымемся. А если нет… Что ж, будем и дальше барыг потрошить. Мы-то вроде как в стороне…
Сухопарый, услышав последние слова, зло уставился на приятеля: -
— Савва, ты, похоже, до конца не догоняешь, в какие блудни мы влезли. Это тебе не коммерса упакованного выпотрошить… Государственный переворот…
— А мне один хрен. — Савва затушил окурок в пепельнице и потянулся к бутылке с пивом. Налив полную кружку, поднес ее к губам, но пить не стал, ожидая, пока осядет пена. — Переворот так переворот. Не впервой. Я свой первый переворот еще в семьдесят седьмом на Колыме устроил. Чего менжеваться? Если большой куш маячит — вперед. Жизнь — копейка!
— Куш-то большой. Даже очень. Вся страна. Вся, Савва.
— Ну, всю-то мне, пожалуй, не надо, — осклабился толстяк, — хватит и Московского округа. Но зато уж чтобы в безраздельное пользование.
Оба засмеялись. Тут к ним в кабинет заглянул банщик и деликатно застыл, ожидая, пока «высокие гости» сами заметят его. Сухопарый спросил:
— Тебе чего?
— Там подъехали… Ну, вы должны знать… Просят провести их с черного хода.
— A-а, ну да, конечно, — заметно оживился сухопарый, — давай его сюда. Хочет с черного — веди с черного.