— Но знает ли он, что мы работаем вместе?
— А если да?
Ротерблиц прислонился головой к остывшей стене. Казалось, чародей опять впал в прострацию и сбился с мысли.
— Хм, тогда нас всех убьют, — весело проговорил он. — Переговоры сорвутся, в Анрии наверняка поднимется бунт, а кукловоды из Ложи на радостях от успеха перепьются и скончаются от алкогольного отравления. Как по мне, тоже неплохой, хм, вариант.
— Не смешно, — хмуро буркнул Гаспар.
— Знаю, — вздохнул Ротерблиц. — Напье, если отказываетесь, я не стану сыпать, хм, убедительными аргументами и упрашивать. Я понимаю, риск слишком большой, а результат сомнительный, но я предпочитаю рискнуть. Попробую управиться своими силами, хотя это, хм, последнее, чего бы я хотел.
— Не надо, Ротерблиц, — поморщился менталист.
— Что не надо? — растерялся пиромант.
— Вот этого всего.
— Не понимаю, Напье, о чем ты…
— Да все ты прекрасно понимаешь, — зло и раздраженно проворчал Гаспар. — Я же вижу, ты уже все спланировал и все устроил. Когда?
Ротерблиц не сделал попытки разыграть оскорбленную невинность хотя бы ради приличия.
— Завтра… Хм, то есть уже сегодня ночью.
— Сегодня? — скептически взглянул на него Гаспар исподлобья. — Ты себя-то видел?
— Я буду в норме, — оттолкнулся от стены пиромант. — Я знаю, как привести себя в порядок…
Гаспар знал, что произойдет. И видел, что это происходит. Он даже метнулся, чтобы поддержать Ротерблица, однако реакция Эндерна оказалась быстрее.
— Еще один мудак на мою, сука, шею! — прорычал оборотень, подхватив пироманта под мышки. — Хуй я его на своем горбу потащу!
Глава 29
Четыре месяца назад Паук получил надежные сведения, что беглый ренегат по имени Хуго Финстер уже год скрывается в Шамсите. Ложа исключила его из круга и объявила в розыск за связь с тайным сообществом, известным как «виолаторы», — группировкой чародеев, в том числе и высокопоставленных магистров, которые лелеяли надежду установить в Империи открытую магократию, несмотря на то, что сорок лет назад их попытка уже потерпела неудачу. Интересовалась Финстером и жандармерия по подозрению в причастности к революционной партии «Новый порядок», напрямую или косвенно связанной с виолаторами. Паук выследил Финстера еще в прошлом году в Нойесталле, Гаспар, Даниэль и Эндерн должны были его захватить, но тогда Финстер сбежал буквально из-под носа, убив при этом троих следователей.
Однако и в Шамсите все пошло не так. Буквально сразу. Финстер был уже мертв. Его убил таинственный убийца, которого в Белом городе окрестили «Исби-Лин», дьяволом ночи, а вместе с Финстером — еще двух ренегатов Дитера Ашграу и Вернера Зюдвинда, которые тоже скрывались в Кабире и, как выяснилось, тоже состояли в партии.
Проведя в Шамсите расследование, агенты Паука выяснили, что последний год Финстер через шамситскую компанию «Тава-Байят» спонсировал Энпе, Зюдвинд и Ашграу имели обширные связи с влиятельными людьми при дворе султана. А в довершение всего, Гаспар узнал имена одних из руководителей партии: Артур ван Геер, Рудольф Хесс, Карл Адлер. Все они, в том числе Ашграу и Зюдвинд, были исключены из Ложи за приверженность идеям виолаторства. Все они были замечены во время восстания в Сирэ 1625 года, начавшего революцию в Тьердемонде. Все они исчезли после Майского переворота следующего года. И все они погибли в 1627 году при взрыве в замке Кастельграу.
Они же стояли у истоков «Нового порядка», который после неудачного столичного восстания пятилетней давности разбежался, затаился, а спустя пару лет возобновил свою деятельность в других городах Империи, устраивая теракты, организовывая забастовки, выступления, подстрекая к мятежу и новым восстаниям под лозунгами борьбы за свободу и равенство.
По результатам расследования в Шамсите, Паук направил своих агентов в Анрию, где намечался крупный съезд Энпе. Задание было простым и одновременно сложным: выяснить, что затевает партия. Паук заручился помощью союзников, которые также хотят вычислить виолаторов в Ложе, вывел на двойного агента, внедренного в Энпе, которым оказался Франц Ротерблиц, знакомый Гаспару еще по Комитету Следствия. Но, когда Гаспар, Даниэль и Эндерн прибыли, было уже поздно. Убийца, отплывший в Ландрию раньше, закончил то, что начал еще в Шамсите, — устранил ван Геера, Адлера и Хесса, а вместе с тем сорвал съезд и посеял в партии панику. Это привлекло внимание жандармерии, которая довершила начатое, и Энпе окончательно ушла в подполье, казалось бы, пережидать начавшийся хаос.