Убийство обещало быть громким, а следствие — особо тщательным.
В одном лишь покойный хэрр Вальдер Ратшафт ошибся: в газетах так и не написали, что он стал очередной жертвой Анрийского призрака.
Глава 5
Через полчаса гости собрались на балконе Третьей башни в томительном ожидании. Свежий воздух ночной столицы несколько отрезвил головы и привнес ясность мыслей. Светские гости возбужденно переговаривались. Они не могли поверить, что господа магистры так скоры на расправу. Даже заправские дуэлянты, обожающие пускать соперникам кровь по любому поводу, и те соблюдали видимость приличий и давали друг другу время, чтобы остыть и не совершить необдуманных поступков сгоряча. Или же хотя бы составить завещание. Дуэли назначались на утро, на следующий день, в воскресенье после утренней мессы, в конце концов. Но чтобы два высокопоставленных магистра, близкие родственники, сцепились посреди банкета, да еще и устроили из этого представление…
Чародеи улыбались и сыпали остротами, объясняли не особо сведущим и далеким от чародейских страстей гостям, что ничего страшного не произошло. Чародеи, говорили они, настоящие, прирожденные чародеи арта гораздо крепче обычных людей. Таковы особенности анатомии их тел. Арт — очень грозная и страшная сила, которую способен удержать в себе только крепчайший сосуд. Только прошедший безжалостный естественный отбор и строгое, тяжелое обучение чародей становится магистром Ложи. Поэтому настоящих чародеев так мало, а в последнее время — еще меньше. Природа безжалостна и бессистемна, ей нет дела до тех несчастных, которых она наделяет силой арта. Поэтому нередко случается так, что арт убивает своего носителя, едва пробудившись. Иным выжигает рассудок, а иных — превращает в страшных безумцев, о которых ходит так много слухов. Но подобные случаи редки. Все-таки слабое и не приспособленное тело просто разрушается без последствий для окружающих. Ну а безумцы… безумцы благополучно пойманы и заточены в темные и сырые подвалы Турма. Мы иногда навещаем их. Например, когда нужно составить очередной закон или внести поправки в Кодекс Ложи.
Поэтому нет причин для беспокойства. Что такое для чародея укол шпаги, когда внутри него бушует ярость первозданного элемента? Вы когда-нибудь слышали, чтобы чародей пал от ножа в подворотне? Пожалуй, единственный верный способ убить нас простым оружием — отсечь голову. Но нужно очень постараться, чтобы настоящий чародей подставил ее и какое-то время не двигался. Чародеи дорожат своей головой и с радостью обменяют ее на руку, а то и обе. Ведь руку в отличие от головы всегда может восстановить мастер-артефактор. Лет пятьдесят назад жил один магистр, запамятовал его имя, к сожалению. Так вот его тело почти полностью состояло из протезов, и даже голова на треть. Помешало ли ему это жить полноценной жизнью и почти ни в чем себе не отказывать? Отнюдь. Он прожил до ста тридцати четырех лет, и прожил бы еще столько же, если бы не один неловкий и досадный несчастный случай во время практики со студентками. О нет, не подумайте, ничего предосудительного. Он просто неверно рассчитал эффект одного заклятья на кюиврскую сталь.
На самом деле, примо антистес спас своего вспыльчивого племянника и оказал ему огромную услугу. Магистр фон Хаупен эксцентричен, но гораздо рассудительнее, чем кажется. Если бы он решил вынести это дело на суд Ложи и Собрания, магистр адъютор в лучшем случае лишился бы должности и выехал бы в ссылку на неопределенный срок. Конечно же, это называется не ссылка, а назначение главой провинциального Arcanum Dominium. Ну, вы же понимаете, барон Эркриге. Буквально в прошлом месяце Его Величество подвергли опале фельдмаршала Беренхолля за поражение под Вьюпором и отправили в ссылку… ну то есть в имение под Боденом обдумывать тактические ошибки.
Так что дядя и племянник разомнут кости, поупражняются в фехтовании, покажут гостям пару новых приемов, отделаются парой ссадин и порезов, которые к вечеру уже затянутся. А потом примирятся и обо всем забудут. Мы же вернемся к недопитому «Sang Vierge» тысяча пятьсот девяносто девятого и продолжим этот скучный вечер.
Гости обступили готовящихся дуэлянтов полукругом — окружить полностью не позволял неглубокий прямоугольный бассейн с барельефами на античный манер. Фонтан на краю был выполнен в виде голой нимфы, пытающейся ускользнуть от козлоного домогателя, но при этом не забывающей лить из кувшина весело журчащую струйку воды.