— Мне придётся брать с тебя больше. Специальные расценки для кровохлё… Я имею в виду, для вампиров.
Я улыбаюсь; он всегда был предприимчивым.
— Хорошо. У меня сейчас нет собственных денег, потому что Семья заботится обо всём.
— Звучит как один из тех странных культов, которые можно встретить в глухомани Америки.
Он недалёк от истины.
— Я заплачу тебе, как только смогу.
— Нет проблем, — говорит он мне, внезапно повеселев. — Пока что я просто буду начислять тебе проценты. У меня очень хорошие ставки.
— И, учитывая, что ты так усердно изучаешь математику, я полагаю, ты мастер в вычислениях.
Rogu3 смеётся. Это радостный звук.
— Что тебе нужно?
— Узнай всё, что сможешь, о магазине под названием «Пальчики и Шалости». Это на Карнавон Клоуз в Шордиче.
— Магическое местечко? — догадывается он.
— Да.
— Готово. Я свяжусь с тобой, когда что-нибудь выясню. И Бо?
— Да?
Его голос тихий.
— Я рад, что ты позвонила.
Я чувствую лёгкий ком в горле и вешаю трубку, пока не начала опять плакать. Боже мой. Должно быть, это дело рук вампирских гормонов. В такие моменты, как этот, может сработать только одно. Я поднимаюсь и направляюсь в большую кухню на первом этаже. Надеюсь, я смогу найти там немного шоколада.
Я уже почти спустилась по лестнице, погружённая в свои мысли, когда замечаю неопрятного мужчину, который топчется возле входной двери. Я щурюсь, глядя на него. Это необычно, хотя и не так уж неслыханно, чтобы человек заходил внутрь без сопровождения кого-то из Монсеррат, но в этом парне чувствуется отчаяние, которое заставляет меня задуматься. Дело не просто в тени щетины на его подбородке или слегка кисловатом запахе нестиранного белья, исходящем от его мятой одежды. Должно быть, дело в чём-то другом. Я оглядываюсь по сторонам. Поблизости больше никого нет, поэтому любопытство берёт надо мной верх, и я подхожу к нему.
— Я могу чем-то помочь?
Он в испуге отскакивает на полметра назад. Я нахожусь достаточно близко, чтобы заметить, что его сердцебиение, которое и без того было ненормально быстрым, внезапно участилось. Я не уверена, собирается ли он повернуться и выбежать за дверь или его вырвет прямо на сверкающий мраморный пол.
— Вы вампир?
Я показываю на свои глаза.
— У меня красные точки в зрачках. Когда вы видите это, вы понимаете, что разговариваете с кровохлёбом.
Если он и удивлён тем, что я употребила не слишком лестный термин, он этого не показывает. Вместо этого он с трудом сглатывает.
— Я кое-кого ищу.
Я жду. Когда он больше ничего не говорит, я вздыхаю, начиная задумываться, не имею ли я дело с травмированным членом семьи одного из моих коллег-новобранцев. Если не принимать в расчёт мой собственный опыт, мы не должны вступать в контакт ни с кем из нашей прошлой жизни. Хуже того, это может быть бывшая жертва одного из них. Не так давно я обнаружила, что многие мои коллеги-вампиры — перевоспитавшиеся преступники.
— Кто вам нужен? — наконец подталкиваю я.
— Гельцман, — говорит он. — Арзо Гельцман.
Я моргаю.
— Арзо?
Я не знаю его фамилии, но мне кажется маловероятным, что в Семье Монсеррат есть более одного члена по имени Арзо. Хотя я не уверена, что его действительно можно отнести к числу настоящих членов Семьи Монсеррат. Арзо — Сангвин. Он не пил кровь в течение всего лунного месяца после своего первоначального обращения, поэтому не стал полноценным вампиром; формально говоря, он всё ещё человек. Как и Питер, нервный пожилой мужчина, которого завербовали в то же время, что и меня. Я не чёртов Сангвин, я долбаный полноценный вампир. Я рычу, заставляя мужчину отступить. Он чуть не спотыкается о собственные ноги, спеша уйти. Вот блин.
— Простите, — извиняюсь я. — У меня выдался плохой день. Это не было адресовано вам.
Он не выглядит успокоенным. Я должна отправить его к одному из старших кровохлёбов. В особняке есть несколько членов, которым поручено управлять отношениями между людьми и вампирами. Я чувствую себя виноватой за то, что напугала этого человека, и хочу искупить свою вину.
Я пытаюсь улыбнуться.
— Арзо здесь нет. Возможно, я могу передать сообщение?
— Я с удовольствием подожду.
По его виду вовсе не скажешь, что он испытывает удовольствие. Я пытаюсь ещё раз.
— На самом деле он здесь не живёт, — не зная, кто он и что происходит, я не хочу выдавать слишком много информации. Мои способности частного детектива постепенно включаются в игру. Я бросаю взгляд на его ботинки и отмечаю, что они выглядят дорогими. Интересно.