Вальдия крепко обняла меня за пояс, едва я успел обратить на нее внимание. Живот тут же скрутило жгучей болью, особенно когда она прижалась головой и грудью. У нее был небольшой рост, едва доходящий мне до плеч. Но это была самая теплая и приятная боль, которую я испытывал в жизни. Я опустился на колени и обнял Вальдию до хруста в своих ломанных плечах, им для этого много и не нужно было.
— Прости, Тарис… Я поняла… Я все поняла… Как поступила… — Захлюпала Вальдия, сшибая меня алкогольным перегаром.
— Я и не злился, дурочка. Стоило так убиваться?
— Да! Мне сказали, что ты умер! А я… а я даже извиниться не успеееелааа! — Судорожно заревела Вальдия. Какие в этом мире все совестные-то. Аж жуть берет.
— Я живой, все хорошо. Видишь?
— Угу, обещай, что больше не уйдешь? — С чего это? Настолько ей понравился?
— Не могу, так уж получилось. — Соседство ее с мамашей я не представлял, кроме как на разных сторонах на поле брани. Да и самостоятельную жизнь уже начал, не время под юбками отдыхать.
— Ааа… — Едва слышно засипела Вальдия, уткнувшись носом мне в шею и сильнее сжимая хватку ладонями на складках брони за спиной. Больно… Кажется, при падении со стены все ребра треснули, а срастись еще не успели. Терпи!
— Все-все, успокаивайся, пока я побуду рядом. Не реви. Никуда не денусь мне нужна твоя помощь и еще много раз понадобиться. Придется тебя навещать. — Мягко говорил я.
Она долго ничего не отвечала, я думал, что она даже ничего не услышала. Но плач помаленьку стих и она, дрожа всем телом, шумно и глубоко задышала.
— Правда? — Спросила Вальдия, глядя мне глаза.
— Конечно! Не знаешь, что ли, какой я барыга? А в торговле главное честность! Ты же меня не обманешь во вре…
— Никогда. Никогда-никогда не обману, обещаю! — Перебила Вальдия. Но я вот сомневался. Никогда не говори слово "Никогда".
— Верю на слово. Давай, сейчас отсыпайся, приходи в себя, а то на тебя больно смотреть. Где та маленькая милашка о которой хотелось заботиться и опекать? Я вижу только пропитую алкоголичку в очереди на кодирование. Давай, вставай-вставай, и марш спать.
— А… а сам ты на кого похож? — Неловко улыбнулась Вальдия.
— На матерого авантюриста, все давай. Мамашка, укладывай дочку спать!
— Нет! Побудь рядом со мной, пока я не усну. Я так соскучилась по тебе, словно целую вечность не видела. — Навалилась на меня Вальдия, сильнее прижимаясь к телу.
— Ладно, пойдем, дите. Больше не капризничай, посижу с тобой и все. — По правде говоря, мне тоже хотелось с ней побыть подольше. Просто посидеть, помолчать, посмотреть на нее, ощущая ее присутствие.
— Спасибо, я так этого ждала. — Расплылась в улыбке Вальдья, на секунду даже все изъяны на фоне этой улыбки померкли.
— Куда это ты пойдешь? — Гаркнула у меня над ухом мамашка. Кажется, в этот момент у меня капилляр в глазу лопнул, судя по рези.
— Мама! Я еще злюсь на тебя… сильно! Это ты во всем виновата! Так что отстань! — Взвинтилась Вальдия.
— Я же… — Совсем робея начала мамашка.
— Просто дай нам побыть немного вместе. Я тебе много раз говорила, что Тарис добрый, что он заботился обо мне, и он мне нравится!
Так… Последнее не к добру. И что это была за улыбка такая, когда я согласился побыть с ней, пока она засыпает. Чую, не к добру… А хотя, у нее знаний никаких нет в этой области жизни. Стоит только вспомнить неудобный момент с утренним стояком и все опасения отпадают. Фух, камень с плеч. Опять в какую-то странную ситуацию попал, поэтому последние года я обосновано отдал виртуальной жизни. Так смотришь, человек вроде рассудительный и нормальный, а знакомишься ближе и думаешь, как тебя еще в дурку такого не забрали? А тут и дурки не было…
Вальдия шмыгнула носом, окончательно успокаиваясь, уцепилась за мою руку и буквально потащила куда-то наверх. Я бросил обреченный взгляд на мамашу. Ее глаза опустели, сказанное дочерью стало шоком и ее внимание привлекала бутылка на полу, а вот Вальдья, покричав на маму, заметно оживилась…
— Вальдия, а ты не слишком резко высказалась? Все-таки это твоя мама. Она переживает о тебе очень сильно.
— Она постоянно перегибает палку, мне это надоело!
— Ты похожа на капризного ребенка.
— Нет! И ты сейчас должен меня успокаивать! — С этими словами она открыла дверь своей комнаты.
На старенькой кровати был знакомый матрас, застеленный серыми покрывалами. Одеяла было спихнуто на пол, а скомканная подушка лежала по середине. На эту кровать и плюхнулась Вальдия, сворачиваясь калачиком так невинно, что я почти не услышал звона бутылок под кроватью. Я тяжко вздохнул и сел рядом с ней на пол, уперевшись спиной в стену. Сразу стало легче, а то страдающая спина уже отваливалась.
Я мельком осмотрел комнату. Тут еще был шкаф и комод, небольшой письменный стол с кипой неосветленной бумаги, под столом перевернутый стул, а рядом несколько разбросанных листов с непонятными каракулями и схемами. Одна ставня на окне была прикрыта и дул небольшой сквозняк…
— Тарис… Ты правда не злишься на меня? — Прервала мои сонные мысли Вальдия.
— Как на тебя можно злиться, а вот мамашке твоей втащить охота. — Всего передёрнуло от воспоминания ее характера.
— Прости ее, она исправится. — Испугалась Вальдия.
— Да какая мне до нее разница, засыпай давай. Набирайся сил, а то не хочется на тебя смотреть в таком виде. Да и как ты…
— А тебе хочется на меня смотреть?
— Ну, да. С Йосей весело, но ей далеко до твоей милоты. Есть Вихра, вроде милая девушка, а на деле тупая садистка. Так что ты самая лучшая девушка, которую я знаю! Есть еще твоя мама, но я ее как-то даже за нормального чело…полуэльфа не считаю. — Сонно начал выдавать все, что было на уме. Бессонная ночь на ногах и тяжелые дни давали о себе знать. А ведь даже не прилег, а просто присел.
— Я правда лучшая для тебя? — С замиранием сердца спросила Вальдия.
У меня в голове что-то вяло кольнулась. Эта мысль была определенно важной при ответе на заданный вопрос, но я отмахнулся от нее.
— Самая-самая. Лучше я никого не… Хррр. — Выключился я.
Провал в сон был моментальным и бесповоротным. И все было хорошо, но кто-то начал раздевать мое тело. За те дни, что я провел в одиночестве в лесу, сон стал невероятно чутки, по сравнению с прошлым. Я вяло открыл глаза, на моей закинутой на кровать руке спала Вальдия, прижимая мою ладонь к щеке. Спала с видом настоявшего ангелочка, пробухавшего по черному последние несколько дней. А вот стягивающая с меня штаны мамаша преисполнилась какой-то праведностью.
— Что за дела? — Удивленно прошипел я. Может я чего-то не знаю о ритуалах примирения в этом мире?
— Ты грязный как животное! — Ни капли не смутившись, ответила мамаша, прекращая свои действия.
— Ааа, вот оно что. Ладно, я пока сваливаю, чай не гоже свинье-то по дому ходить. — Так вот она о чем. А ты о чем думаешь, полудохлый? Видимо, смерть близко и инстинкты в голову лезут…
Я аккуратно вытащил руку из объятий Вальдии, у нее так забавно поморщился носик, но она не проснулась. Вот и славно, все равно я обещал посидеть с ней лишь до момента, когда она уснет. Вставая, у меня щелкнули всевозможные суставы, но это уже было нормой, которую я скоро исправлю. Я поправил ремень и двинулся на выход, подобрал разбросанное оружие, оставив сумку, и уже собирался уходить. Но меня остановила стервозная бестия.
— Постой… Эй, ты! Я сказала постой! — Тихо крикнула она, быстро спускаясь с лестницы.
— Отстань, колода, я не в настроении драться и ругаться. — Важно и по деловому отрезал я.
— Размечтался, гаденыш. Я хотела спросить, что ты думаешь о моей дочке? Ты ничего плохого не замышляешь? Говори честно! — Попыталась наладить со мной диалог мама Вальдии.
— Ага, честно. Не знаю с чего мне делать тебе такие нисхождения, но скажу. Ничего, вот совсем. Разве что, сделать из кладовки себе комнату и сутки напролет спать после каких-нибудь дел или приключений. Заставлять полки комнатушки добытыми трофеями и думать, как необычен этот мир. Всё, это были все мои планы на жизнь. Вальдия занимала в нем место близкой подруги, практически сестры по соседству. Вот такой я простой человек. А теперь, до свидания. Вечером еще зайду, позаботься о травах в сумке, надеюсь они не попортились еще. Не зря же я двое суток сырую паучатину жрал…