Это было действительно большая ошибка. Ичиго даже не допускал, что раз он сам может применять подобную технику, то и враг может. Как-никак, Миказучи является таким же обладателем Риннегана, как и Ичиго.
“Но это уже не имеет значения” — ухмыльнулся победно рыжеволосый юноша. “Он полностью истощён и тем самым лишён своей неуязвимости. Так или иначе победа за нами! Даже если я паду, другие несомненно его добьют, несмотря на ограничение где сражаться с ним могут только пятеро. Впрочем… так просто помирать я не намерен”
— Признаю… — вдруг прозвучал грубый голос Миказучи, который уставился со спокойным взглядом на Ичиго. — Я, Ооцуцуки Миказучи, в этой битве признаю своё поражение. Ты победил… насекомое…
Подобное заявления изрядно удивило Ичиго, который с дрожащим взглядом взирал на заклятого врага.
— Тем не менее… — вдруг ухмыльнулся Миказучи, от чего мурашки пробежались по всей спине Ичиго и прежде чем успеть хоть что-то предпринять…
Умри.
Прозвучало страшное слово в сознании Куросаки Ичиго, после чего неописуемо чудовищная боль накрыла всё его естество. Несмотря на то, что физически он никак не изменился, эта дикая боль буквально сводила парня с ума. Будто миллиард длинных иголок вонзались в каждую клетку его тела самым болезненным из возможных способов. За всю свою долгую жизнь, включая предыдущую из «Мира Шиноби», Ичиго ощущает подобное впервые. Чего уж там, даже если сложить всю боль, что он когда-либо ощутил за обе свои жизни, воедино, это даже на половину не сравнится с текущей агонией.
Его душа поддалась коррозии, тем самым постепенно убивая юношу. После применения «Изанаги», Миказучи смог сбросить с себя оковы «Разрушителя Правил» и вернуть своё сильнейшее оружие – «Взгляд Смерти».
— Это тебе мой прощальный подарок. Может я и проиграл эту битву, но это ничего не изменит, ибо в грядущей войне поражение для меня недопустимо, — спокойно говорил Миказучи, надменно и свысока взирая на корчащегося в агонии Ичиго, что не был в силах даже стонать от боли, лишь глотать воздух словно полудохлая рыба, которую выбросило на берег. — В этот раз я отступлю… но вернусь с ещё более могущественной армией! С ещё большими силами! С непревзойдённой и необъятной мощью, от которой у жалких насекомых, вроде вас, не будет даже мысли о том, чтобы сопротивляться мне! И тогда!.. — распахнул Миказучи обе руки в стороны и, с лицом полного фанатизма, взирал на небеса. — Я. Её. Убью.
— Н-Е-Е-Е-Е-е-е-е-Е-е-е-е-е-е-е-Е-е-Е-е-е-е-е-е-е-т!!! — вдруг прозвучал истеричный женский возглас.
Девушка-блондинка в синем платье и в серебряных доспехах на большой скорости неслась к Миказучи с глазами полной ярости. В руках она сжимала золотой меч, что сиял праведным светом. Со всей силы она взмахнула своим оружием, дабы рассечь Ооцуцуки… но меч рассёк только воздух.
Миказучи воспользовался «Шакудо Чакравартина» и покинул этот мир.
— О нет… — с дрожащими губами прошептала Сейбер, чьи глаза будто всем своим естеством отрицали реальность перед ней. — Мы… проиграли?..
Общество Душ. Первый район Руконгая.
— …ещё…
Сквозь тёмный лес, где будто никогда не ступала нога живого существа, двигалась одинокая фигура, что оставляла за собой длинный кровавый след.
— …всё…
Это был мужчина. Вся его белая одежда была разорвана в разных местах, а его волосы были в сплошь взлохмачены. Он держался за окровавленное плечо, где отсутствовала рука, из-за чего кровь никак не переставала сочиться фонтаном наружу.
— …не всё…
Пошатываясь в стороны, мужчина медленно продолжал идти вперёд, скрываясь за тьмой леса, как будто он медленно погружался в бездну.
— …ещё не… всё…
И всё это время, что он шел вперёд, мужчина продолжал и продолжал повторять одно и тоже.
— Ещё не всё… ещё… не всё… не всё… ещё не… всё… ещё не всё… всё… не всё… ещё не… не всё…
Его глаза были пустые и при этом наполнены бездонной тьмой. Он смотрел вперёд и при этом в никуда. Он шёл с целью… и при этом без как таковой…
— Ещё. Не. Всё.
Айзен Соске ещё вернётся.
Мир Живых. Гималаи. Джомолунгма.
Сражение, что встряхнуло все Гималаи, наконец закончилось. Непобедимая армия Ооцуцуки Миказучи потерпела крах. Все монстры были истреблены, а члены армии Ооцуцуки убиты.
И вот, когда Курама испепелила последнее чудище на поле боя и уже было с ухмылкой хотела праздновать победу… как ужасное чувство, словно страшное предзнаменование, нахлынуло на девушку.
Она тут же развернулась и подалась в бег в сторону Ичиго, будто точно зная где тот сейчас находится. Нет, она была абсолютно уверена в текущем местонахождении рыжеволосого юноши.
И вот Курама таки нашла его. Он лежал у колен девушки в синем платье, что с грустью взирала на то, как юноша в агонии сражается за свою жизнь.
— НАРУТО!!! — вскрикнула Курама с ужасом и волнением на лице, бросившись к телу юноши. — Что случилось?! — оказавшись рядом с Ичиго она тут же начала допрос рыцаря в синем платье.
— Миказучи… он сбежал… — прошептала девушка, чьи пустые глаза скрывала чёлка её волос.
— Да мне плевать на него!!! — взревела яростно Курама. — Что с Наруто?! Почему он!..
— «Взгляд Смерти»… — прозвучал рядом голос Кагуи Ооцуцуки, что неожиданно оказалась рядом. — Его поразил «Взгляд Смерти» Миказучи. Пока мы разговариваем, его душа постепенно поддаётся коррозии… пока полностью не исчезнет.
— Н-нет… — помахала головой Курама, отказываясь верить в подобное. — Н-нужно что-то сделать! Вылечить его! Рин! Где Рин?! Быстрее, Наруто нужна помощь! РИН!!!
— Бесполезно, — словно издавая божественный приговор, прошептала Кагуя. — Нет такой техники либо ещё чего-то, что могло бы вылечить Душу. Коррозии поддалось не физическое или духовное тело… сама его душа исчезает. От этого не спастись.
— Враньё!!! — взревела Курама у которой слёзы скопились у глаз. — Враньё, враньё, враньё, враньё, враньё, враньё! Враньё!!! Этого не может быть! Точно! Ведь прошлый раз, когда Биджу были поражены этой хренью, Наруто ведь смог всех спасти! Значит и теперь!..
— Нет… — помахала головой Богиня. — Биджу – это огромные сгустки Чакры, которые манифестируются и принимают облик зверей. Тогда, с помощью техники «Созидание всех вещей», получилось этим сгусткам придать форму человека и вдохнуть в них жизнь, тем самым переродив их. И даже тогда, без Чакры остальных Биджу подобное не получилось бы провернуть. К тому же, сказать, что Биджу были полностью спасены… это всего лишь сильно приукрасить правду. Они может и сохранили свою память, но это уже не те Биджу что были раньше…
Курама встала на колени рядом с Ичиго и, медленно приподняв юношу, уложила его голову себе на бёдра.
— Что тогда… хочешь сказать, что мы ничего не можем сделать? Что мы должны вот так беспомощно смотреть как он умирает?.. — начала всхлипывать Курама, чьи слёзы начала капать на лицо юноши, что продолжал корчиться в агонии. — Мы… мы ведь победили… Наруто, мы победили. Всё не может вот так закончиться. Только не так…
— Верно. Всё так не закончится, — объявила Кагуя которая вдруг хлопнула в ладоши перед собой.
Обескураженная Курама с недопониманием взирала на Богиню, но она не видела… не видела, как за «Кроличьей Богиней» образовался полупрозрачный измождённый призрак большого роста. Он обладает длинными белыми волосами, из которых торчат два красных рога. У него жёлтые глаза, а склеры чёрные. Его кожа имеет тёмно-серый оттенок. Он одет в белое кимоно с очень широкими рукавами. В руках он держит чётки, а в острых зубах — танто.
В «Мире Шиноби» его знают как «Бог Смерти».
Это не настоящий Бог Смерти, а всего лишь его аватар. С ним не удастся поговорить или договориться. Но для Кагуи этого не нужно, ибо она уже подписала с ним контракт.
— 【Shiki Fūjin】
Аватар Бога Смерти покрыл свою руку «Джуином», а затем всадил в тело Кагуи.