Орихимэ закрыла глаза и после, недолго думая, ответила: — Потому что я хочу защитить Куросаки-куна, — в ответ её сила среагировала и освободилась. Недалеко стоящая Тацуки, краем глаза смотря на свою подругу, улыбнулась.
— Ну, а теперь твоя очередь… — сказал Йоруичи, подойдя к Ясуторе. — Почему ты хочешь идти в Общество Душ? — ответом была решительная улыбка.
— И? Что случилось? — спросил я стоящую предо мной длинноволосую… или, точнее, длиннохвостую девушку.
— Хмм… Все началось с того, что я уже давно чувствовал что-то чужеродное в твоем теле, но никак не мог к нему подобраться. И вот, после того, как ты пробудил свой Шаринган, он показал себя.
— И ты его сразу же съела… — сказал я с натянутой улыбкой.
— Да он и сам не был против, — оповестила она меня.
— Не был против?
— Да. Я сначала хотела его просто поглотить, но тут он мне выдал неплохое предложение, — хитро улыбнулась она.
— Какое предложение? — спросил я с интересом.
— Вместо бесследного поглощения он добровольно сольётся со мной. И хоть я говорю, сольётся, по сути, он просто станет частью меня. Можно его считать теперь моим десятым хвостом, — улыбнулась она, приподняв хвосты.
— То есть, он не умер? — обрадовался я.
— Верно. Вот только… касательно него, он попросил держать в секрете. Это условие сделки, — скрестила она руки у большой груди.
— Понятно… а почему ты стал… женщиной? — задал я давно мучающий меня вопрос.
— Кто его знает? — склонив голову в сторону, ответила она. — Я сам всегда себя считал мужского пола, а тут… хотя это многое объясняет…
— Объясняет? Что именно? — спросил я девушку, смотрящую на свою маленькую женскую ручку.
— Да так… не бери в голову… — отмахнулась она. А ведь интересно…
— Ладно. Тогда что насчет Шарингана? — задал я следующий вопрос. И это меня действительно волнует. Откуда я мог заполучить Додзюцу, который по совместительству знаменит как «Сандай Додзюцу» и «Тенган»*. (*«Три великие техники зрачка» и «Небесный глаз» соответственно)
— Здесь я не уверена*… — задумалась девушка. — Скорее всего, ты являешься не совсем обычным человеком, как сначала может показаться. Ты стал обладателем Кеккей Генкай и потомком клана Учиха… ну или как он называется в этом мире, — от такой новости у меня онемел язык. Я, правда, не знал, что сказать. — Понятия не имею, эта кровь досталась тебе от матери или отца. Но эта сила всегда существовала, просто она не проявляла себя, так как для этого нужна чакра. (*как я уже писал выше, Курама использует бесполое местоимение, потому впредь перевод я буду использовать как женский)
— Выходит…
— Да. Этот Шаринган является истинно твоим. Ты действительно везунчик, — с улыбкой выдала она. От этого я широко улыбнулся, ведь с этим я стану намного сильнее.
— У тебя теперь три задачи, — объявила она, показав вытянутые три пальца. — Первая освоить Шаринган, будет глупо его просто игнорировать, — ну тут я полностью согласен. Я собирался поступить так с самого начала. — Вторая изучить Синигами. Тот парень в шляпе тебе поможет. Ты должен знать все о враге, иначе может случиться то же, что и в прошлый раз, — на это я кивнул головой. Информация от Урахары должна быть верной, ну, надеюсь во всяком случае… — И третья, опыт боя. Эти десять дней ты должен провести в сражениях, чтобы разбудить то, что уже долгое время дремлет в тебе. И я не имею в виду себя…
— Мм! — кивнул я. — Тогда приступим!
— Что?.. — дрожащим голосом выдал Рендзи. — Капитан Кучики… что вы сказали?..
— Ты прекрасно слышал, — невозмутимо сказал Бьякуя, стоя напротив клетки, где сейчас находилась Рукия. — Преступник первого класса Рукия Кучики будет казнена… через двадцать пять дней, — повторил он сказанное недавно. — Это – окончательное решение Общества Душ, — на эти слова Рукия лишь понимающе поникла. — Это наш последний разговор… Рукия. В следующий раз мы встретимся на месте твоей казни, — сказал он напоследок и покинул камеру, оставив одних подавленную Рукию и в недопонимании Рендзи.
В камере воцарилась гробовая тишина. Рукия села обратно на свой стульчик и вновь уставилась на стенку. А Рендзи не выдержав тишины, решил подбодрить старую подругу: — Эй! Не грусти! Может они передумают!
— Я в порядке… я не грущу… — слабо выдавила она, продолжая сидеть смирно на стуле.
— Врешь! Я знаю, что тебе плохо! — со злой рожей пнул Рендзи прутья клетки. — Посмотри на меня!
— …решение Общества Душ нельзя изменить, — спокойно сказала она. — Не волнуйся. Я знала, что все так и закончится. Поэтому…
— Рукия… тогда почему ты вернулась?.. Почему сама сдалась нам, если знала, что так будет?! — перешел на крик Рендзи. — Все из-за него? Ты из-за того парня…
— Эй, Рендзи… — перебила она внезапно его.
— Чего?..
— Можешь принести мне книги, что были в моих вещах со мной? — попросила она обернувшись, и мило улыбнувшись.
— Что? Книги? Какие еще книги? — в недоумении спросил Абарай. В ответ же получил лишь улыбку.
— Ты вернулся! Мне было так скучно без тебя, Ичиго! Я так рад, что ты вернулся!! — со слезами бежал ко мне Кейго. Я же встретил его пяткой по носу. Как же приятно… — Т-ты как всегда холоден ко мне…
Первое августа. После того, как прошли десять дней, я решил сделать себе небольшой перерыв от тренировок. С Урахарой помахаться больше не получится, так как теперь он занят открытием врат в Общество Душ. Зато сегодня я смогу сходить с семьей и друзьями посмотреть фейерверки.
— Йо! — вскрикнула новоприбывшая Тацуки с компанией. Рядом с ней стояли Иноуэ и Чад.
— О, ребята, рад вас видеть! — обрадовался я, увидев знакомые лица.
— Так нечестно!! Почему со мной совсем другая реакция?!! — начал жаловаться Асано.
— Потому что это ты… — холодно ответил я. И тут я услышал ужасный грохот, будто стадо слонов движется в мою сторону. Посмотрев в сторону источника шума, я увидел, как на огромной скорости, на меня бежали три человека.
— Братииик! — Ичигооо! — Ичи-ниии! — с радостными лицами кричали вслед Юзу, отец и Карин соответственно. Но скорость они не сбавляли…
— Постой… вы…! — но, не дав договорить, они все вместе набросились на меня и повалили на землю.
— Вот, братик, скушай шоколадный банан! — радостно сказала Юзу, суя мне к лицу банан на палочке покрытый шоколадом. — Он такой вкусный! Открой рот!
— Ну, открой! — также радостно настаивала Карин.
— Не хочу я этот банан! — воскликнул я сестрам.
— Что! Говоришь мой шоколад не вкусный?! — возмутилась Юзу.
— Ты что пьяная? — спросил я, удивляясь поведению девочек.
— Ага, она пьяна, — сказал, как само собой разумеющееся рядом наблюдающая сво… то есть отец. — Старик продавал сок на фестивале. Мы пошли его купить, но он перепутал вино с водой. Он решил, что сок слишком крепкий и разбавил его вином, — я когда-нибудь придушу этого уголовника. — Но это не имеет значения. Мы все вместе ходили занимать места в ложе в семь часов утра! — вскрикнул он.
— Мы все ходили! — хором вскрикнули радостно Юзу и Карин.
— Я хотел найти нам лодку, чтобы сидеть в ней и смотреть фейерверки, но полиция нас повязала! Ха-ха! — хотел бы я, чтоб тебя еще и посадили… — А теперь, побежали, детишки! Вперед! — вскрикнул он и побежал вместе с остальными.
— Какие они шумные… — возмутился… возмутилась Курама. Блин, я еще не привык…
— Эх, ну что, тоже пойдем? — спросил я оставшихся девчонок.
— Да, ты иди, мы догоним, — сказала Тацуки мне.
— Эй, Тацуки, когда школьные каникулы закончатся тогда… давай вернемся сюда и посмотрим на фейерверки снова! — радостно предложила Иноуэ.
— Хм… откуда им взяться, дурочка… — улыбнулась Арисава.
— Почему, черт побери, я должен тащить их? — жаловался я неся на спине спящих Юзу и Карин. Фестиваль закончился, и мы со всеми разошлись по домам. А должность носильщика сестер досталась мне.
— Все ок! Наслаждайся моментом! — радостно сказал батя, неся в руке бутылку со спиртным. — Знаешь, у них ничего нет под кимоно… — прошептал он мне на ухо.
— И такого ублюдка, как ты, они называют отцом?! — не выдержал я.
— Я ж пошутил… почему у тебя такое страшное лицо? — выкрутился он. Ах, сил у меня на него нет.
Ладно. Думаю, лучше предупредить его сейчас: — Пап… я опять уеду. На этот раз я, наверное, не вернусь до конца летних каникул.
— Что, опять? Ладно! Если встретишь классных девочек, не забудь познакомить меня с ними! — с улыбкой дал он добро. — Эй! Что за взгляд «Я волнуюсь, что случится после того как я уйду»? — возмутился он, указывая на мое лицо. — Не волнуйся! Я присмотрю за порядком в этом доме! Пока я здесь никто не посмеет ничего сделать с моей семьей! — указал он на себя большим пальцем в стиле «крутого парня».
— Надеюсь на тебя, — сказал я с улыбкой.