«Коммуняка» не согласился.
– Почему же до сих пор транспорта нет, а? Ни одной машины! Может, этот новый путь весь провалился? Что тогда?
– Ну, на этот случай остается еще старый, десятилетиями проверенный. Пустят по нему, в обход. Я за то, чтобы остаться. Как только выясниться, что автобус пропал, начнется операция по спасению. Не наводите панику!
Старик хмыкнул:
– Ты, видать, дебил, если думаешь, что чинуши из-за тебя будут сильно переживать и напрягаться. Вчера была суббота, выходной, так? Они с девками в сауну ходили, коньячок пили, до четырех утра в бильярд играли. Ты думаешь, их ради какого-то народца шелудивого осмелятся будить?! То-то же. Сегодня тоже выходной. Встанут они часика в три-четыре, опохмелятся, покушают не спеша, уже и вечер! Так что шевелиться начнут не раньше, чем завтра.
Красавчик, потерявший в аварии очки, поддержал соседа:
– Он прав. Если помощь задержится, ночевать здесь негде: даже веток не наломаешь. А в лесу можно сделать хотя бы какую-то подстилку, костер развести. Какую-никакую еду, воду найти. Кто знает, сколько мы тут проторчим. Надо идти!
Стоящая рядом с ним рыжая закивала. «Агитатор» уставился на бывшего очкарика, как на сумасшедшего.
– Ты что несешь? Ты тут жить, что ли, собрался?! Два, от силы три часа и все! Не переживайте, товарищи, у наших спасателей есть все необходимое, даже загранице помогаем…
Бывший очкарик присвистнул.
– Да ты, дядя, оптимист. Проще говоря, дурак. Меньше телевизор смотри, больше – в окно…
Пожилая женщина кивнула.
– Надо идти, надо. Поверьте моему опыту. Это когда мы уже сами доберемся, вот тогда нас объявят спасенными, по телеку покажут, спасателям медальки-звания дадут. А пока надо рассчитывать на самое худшее. Может, им сейчас вообще не до нас. Вдруг еще где-то в регионе крупная катастрофа. Или народные волнения…
Спортсмены и туристы поддержали:
– Мы за! Бабка дело говорит!
Бывший очкарик кивнул.
– Сами посудите. Человек идет со скоростью четыре-пять километров в час, так? До ближайшей деревни километров двадцать.
– Больше, – сказал «коммунист». – Километров тридцать, может, даже сорок.
– Пусть даже так, – махнул рукой бывший очкарик. – Хотя я уверен, что меньше. По-любому, мы дойдем до деревни в лучшем случае часа через четыре, в худшем – через восемь.
– Дольше, – снова возразил любитель «Правды». – Скорость будет минимальная, мы с грузом, с ранеными, а это частые передышки...
– Хорошо, – бывший очкарик снова кивнул. – Но к вечеру доберемся по-любому.
– Короче, надо двигаться, – решил старший спортсмен. – Спасение утопающих сами знаете в чьих руках. Не, ну если кто хочет остаться, конечно, силой не поведем. Собирайся, бабы-девки!
«Агитатор» не согласился.
– Ну, вы, конечно, молодые, здоровые. Но тут есть и пожилые, и раненые, и дети. Им лучше остаться…
Старший спортсмен сурово посмотрел на самопровозглашенного лидера и произнес:
– Здесь не собрание. Каждый решает за себя. Мы идем.
Пока все спорили, уголовник задумчиво попинал ногой автобус, затем подобрал большой кусок какой-то железяки, валявшейся неподалеку, кажется, рессоры, взял под мышку и бодро двинулся вперед. За ним двинулись спортсмены и туристы. Блондинка постояла, наморщив лоб, запихнула пакеты в сумку «матросика» и перекинула ее через плечо. Затем взяла девочку за руку и подхватив оставшийся пакет, пошагала за парнями. Я осторожно подошла к КАМАЗу, заглянула в кабину: водитель лежал неподвижно в неестественной позе.
Притиснувшись к скале, наша разношерстная компания обогнула перевернувшийся транспорт и двинулась в сторону, в которую направлялся автобус. Жениха вели под руки товарищи. Мужчина, который предлагал остаться, сдался и поплелся со всеми. Рыжая шла рядом с бывшим очкариком.
– Не растягиваться, – скомандовал старший из спортсменов. – Держаться кучно. Каждые полчаса – перекличка.
Вид у всех был, как будто вышли из боя. У кого голова замотана, кто хромает, у кого рука или нога перевязана, порезы на лицах, синяки… Сиделец возглавлял колонну. Галя в здоровой руке несла ведро с остатками черешни. Я тащила пакеты, к счастью, не слишком тяжелые. Как хорошо, что я надела в дорогу не босоножки, а легкие спортивные туфли наподобие кроссовок из "дышащей" ткани-сетки на липучках и на низком каблуке!