Красавчик расположился через проход от визгливой блондинки, прямо перед толстухой, и достал книжищу размером в три кирпича. Сидевший рядом с ним немолодой мужик развернул газету «Правда» и уткнулся в нее. Надо же, кто-то еще верит в пришествие коммунизма...
В хвосте автобуса непрерывно гоготала стайка спортсменов, до этого забившая своими бесчисленными сумками багажный отсек. Сразу бросался в глаза гориллообразный брюнет кавказского типа, явно тренер. Судя по доносившимся возгласам, ехали они на свадьбу одного из присутствующих, поэтому шуточки были соответствующие с непрерывными взрывами хохота. А чего еще ждать от узколобеньких физкультурников?
Постепенно автобус заполнялся. Вошел, шаркая ногами, сморщенный, как сухой стручок, старик в нейлоновой полосатой рубахе эпохи развитого социализма, сквозь которую просвечивала голубая майка. Дедушка нес большой, доверху набитый пакет. Я достала детектив, полистала – не глазеть же всю поездку на пассажиров или на природу через стекло. Вздохнула: в этот раз мне явно не повезло. Мало одного уголовника под боком, так еще в придачу за спиной типичная «яжмать» со своей избалованной дочкой! В отражении стекла я заметила: в руках у девчонки было две уродливых куколки: одна – неестественно длинная, тощая Барби, вторая – с пропорциональным тельцем, но с огромной головой. Ими малолетняя хулиганка стучала о мое кресло, била в него ногами, подпрыгивала и повизгивала. Мамаше, конечно, и в голову не приходило одернуть свое сокровище. Представляю,что из этой мамкиной бусинки вырастет!
За все свои поездки во время учебы я не видела такого болтливого ребенка. Девчонка пищала непрерывно, и я сунула детектив обратно в пакет: читать было невозможно. И сто раз пожалела, что не взяла плеер с наушниками: слушала бы себе сейчас аудиокнигу или музыку, как тот худенький парнишка со смешной стрижкой, ритмично покачивающий головой. У меня необычайно острых слух, просто патологически, поэтому поневоле придется выслушивать все автобусные разговоры…
Огляделась: почти все места были заняты. Автобус должен был вот-вот начать движение. Подбежала женщина средних лет с большой дорожной сумкой, дамской сумочкой на ремне через плечо и объемным пакетом.
– Пожалуйста, подождите пять минут: я куплю билет. Очень надо.
Водитель, мужчина лет сорока пяти азиатской внешности, покачал головой.
– Нет, мы отправляемся строго по расписанию.
– Ну, пожалуйста. Очень прошу. Я быстро. Хотите, вам заплачу?
Пассажиры присоединились к женщине.
– Да пусть, мы подождем, ничего страшного!
Следующий рейс ночной, одиннадцатичасовой, он только через семь часов, поэтому женщине посочувствовали. Но водитель отрезал:
– Нет, не могу. Вы хотите, чтобы меня из-за этого уволили?
Странно, почему такая суровость: видимо, часто косячил, получил последнее предупреждение, поэтому и боится. Женский голос из громкоговорителя, как всегда, противно и почти неразборчиво прогнусавил:
– Автобус тра-тата-тата, номер тра-тата-тата, буль-буль-буль, хр-хр, отправляется тра-та-та-та, тра-та-та-тата. Хрррр... Счастливого пути!
Водитель только этого и ждал, и рванул с места. Как только мы набрали скорость, какой-то парень вдруг вздумал перебежать прямо перед автобусом: дико завизжали тормоза, нас здорово мотнуло вперед-назад. Я успела схватиться за перегородку, едва не разбив нос, но все же чувствительно ударилась затылком.
– Не дрова везешь! – рявкнула блондинка.
– Парень чуть под колеса не загремел, – подала голос я, потирая ушибленное место.
– А ты его адвокат?
Я вздохнула. Спорить с хабалкой было лень, как говорится, свинью не перегадишь, дуру не переспоришь... Оставалось только смотреть в окно… Меня грубо толкнули в спину. Блондинка скомандовала:
– Закрой окно, ребенку дует.