Все религии заставляют вашу сексуальную энергию превращаться в мысли и разговоры, поэтому секс стал предметом вашей озабоченности. Я привел только один пример, один из самых важных моментов. Таких примеров много. Все запрещенное, зажатое, все осужденное невероятно привлекательно, и эта самая привлекательность создает озабоченность. Может быть, вы делаете что-то, но вы озабочены.
Я видел людей в храмах. Обувь необходимо оставлять на пороге храма. Люди там стоят, сложив руки в приветственном жесте в сторону статуи Бога, но смотрят они при этом в сторону двери, где оставили обувь. Они полагают, будто молятся Богу, но все видят, что на самом деле они возносят молитвы своим башмакам. Их умы озабочены мыслью о том, что у них могут украсть обувь. И для того чтобы избежать такой неприятности, мусульманам пришлось найти выход: они забирают обувь с собой в мечеть. Мусульмане нашли стратегию: они складывают ботинки подошвами друг к другу и садятся на них, так они не боятся… иначе обувь так глубоко засядет им в ум, что это будет почти оскорбительно для Бога.
Вам нужно понаблюдать, в чем заключается ваша озабоченность, которая создает стену — вы забываете слушать. Устранить эту стену не трудно, для ее исчезновения достаточно просто наблюдать за ее бессмысленным существованием.
Мэри пришла к психоаналитику.
— Мэри, что это такое? — спрашивает психоаналитик, показывая ей треугольник.
— Это замочная скважина, — отвечает Мэри, — за ней происходят такие гадости!
Психоаналитик показывает Мэри прямоугольник.
— А это что такое? — задает он вопрос.
— Это гостиничное окно, — отвечает Мэри, — за ним происходят такие гадости!
Психоаналитик показывает Мэри круг.
— А это что такое? — задает он вопрос.
— Это иллюминатор, — отвечает Мэри, — Боже мой! За ним происходят такие гадости!
— Все понятно, — заключает психоаналитик, — вы, без сомнения, сексуально озабочены.
— Так это я сексуально озабочена? — восклицает Мэри. — А что вы скажете о себе? Ведь именно вы показываете мне все эти грязные картинки!
Озабоченный ум постоянно проецирует на все свою озабоченность. Ум доверху полон собственными мыслями, поэтому он не может позволить себе слушать что-либо.
Рамарши, ты хорошо уяснил, что было время, когда у тебя случалось слушание, и тогда ты видел большое преображение, которое происходило благодаря слушанию. Но ты не наблюдал пристально и не заметил, что слушание всегда происходит спонтанно, это не действие. Когда ты поймешь, что происходит нечто, тебе останутся только отрицательные действия. Ты же просто устраняй помехи и препятствия, которые мешают естественному процессу, которые не дают спонтанным явлениям достичь тебя, которые препятствуют открытию твоего сердца. И помни о том, что нет техники, которая заставляла бы спонтанные явления случаться.
Спонтанное явление просто означает, что это нечто вне вас, и оно является как ветер. Вы можете только держать свои окна и две- ри открытыми — это и есть отрицательная часть. Если вы открыли окна — это еще не значит, что ветер тотчас же ворвется в вашу комнату. Ветер не просто ждет у окна, когда же вы откроете ему окно. Но открытое окно — это приглашение.
Открытое окно говорит за вас ветру: "Я готов. Если ты придешь, я радушно встречу тебя, я не отошлю тебя обратно. Я доступен". Итак, просто выполняй отрицательную часть и жди. Постепенно преображение настолько углубится, что озабоченность ума станет невозможной. Когда у тебя получится обрести бриллианты, естественно, ты потеряешь интерес к камням. Если ты сможешь сделать так, чтобы розы расцветали перед тобой каждый миг, ты потеряешь интерес к пластмассовым розам.
Ничего не поделаешь, просто так все и бывает. Держи связь с тем, что выше, и то, что ниже, исчезнет. Для того чтобы установить связь с тем, что выше, вам нужно всего лишь сделать для этого проход, чтобы это достигло вас.
Существование пытается достичь вас отовсюду, но вы закрыты. У вас не открыто ни одно единственное окно, и ни одна дверь не распахнута. Из страха, ради безопасности вы заткнули даже крохотные щели. Это не безопасность, а самоубийство.
Откройте все двери и окна. Пусть к вам заглянет солнце, пусть к вам влетит ветер, пусть к вам попадет дождь. Пусть существование войдет в ваше существо и станет каждое мгновение оживлять вас. Вы можете обрести большую радость, невероятный экстаз, не истязая себя и не становясь святым, не причиняя себе боль всевозможными йоговскими гимнастиками, которые есть не что иное, как искривления вашего тела. Вы можете жить легко и удобно.
Не нужно поститься, нет необходимости валяться на ложе из шипов, нет потребности отрекаться от мира — все это глупости. Если ты хочешь быть святым, тогда все это необходимо, ведь глупость — это основание всей вашей святости. Но если ты хочешь быть понимающим человеком, тогда все это не нужно. Тебе нужно только устранять препятствия, наблюдать и видеть, когда слушание происхо-дит, а когда оно не происходит. Что меняется в твоем уме? Необходимо уничтожить это различие.
Все люди способны на это, но все завели привычку быть озабоченными, потому что вся толпа озабочена. И тебя, к сожалению, воспитали эти люди. Твое воспитание не теми людьми — вот главная проблема, а альтернативы, по всей видимости, не было.
В лесах нередко находили детей, которых воспитали волки. Шесть или семь лет назад в некоем лесу нашли ребенка, который получил воспитание у волков. Прошло уже почти четырнадцать лет с тех пор, как ребенок пропал из деревни. Его родители потеряли всякую надежду, им и в голову не могло прийти, куда пропал ребенок. А дело в том, что ребенка унес волк. Но кроха был таким красивым и невинным, что даже волк из любви и сострадания начал воспитывать его вместо того, чтобы съесть. А группа волчиц кормила этого ребенка молоком.
Он провел среди волков четырнадцать лет… и его жизнь среди них открыла миру много секретов. Когда его нашли, он не мог стоять на двух ногах, а бегал на четвереньках. Таково влияние воспитания. Естественно, он не мог произнести ни единого слова на каком-либо языке, но он постоянно прекрасно пользовался языком волков. Он бегал так быстро… ни один человек не способен на такой быстрый бег… только волкам это под силу. Все это продемонстрировало, как много может вложить в человека воспитание.
Парня положили в больницу. Сначала врачи с помощью разнообразного массажа пытались поднять его на две ноги, на осуществление этой задачи им потребовалось шесть месяцев. Но он все равно так быстро бегал, что его нельзя было оставлять без цепей, ведь он хотел вернуться в лес к волкам. А потом его начали обучать произносить его имя. Парня назвали Рам. Бедному парню понадобился почти год, чтобы произносить слово «Рам» всякий раз после того, как у него спрашивали его имя. За всю жизнь он выучил только одно слово "Рам".
Он прожил в больнице два года и умер. Я так понимаю: он умер потому, что его заставляли выполнять действия, на которые он был почти неспособен. К тому времени он учился уже четырнадцать лет… а четырнадцать лет- это срок полового созревания. Как только человек достигает полового развития, всякая его последующая биологическая эволюция завершается. Поэтому четырнадцать лет — это самая важная временная отметка для учения. Вы завершаете всякое обучение в четырнадцать лет. Даже восьмидесятилетний старик, хотя и будет, возможно, знать гораздо больше, но только количественно, а качественно знания останутся на уровне четырнадцатилетнего юноши.
В этом возрасте биология перестает развиваться, если только человек не управляет всем самостоятельно. Я считаю, что именно здесь начинается религиозная деятельность, поскольку религия берет начало там, где заканчивается биология.
После второй мировой войны миллионам солдат пришлось пройти психологический тест на определение их умственного возраста, и, к всеобщему удивлению, оказалось, что солдаты не достигли и четырнадцати лет в отношении своего умственного возраста. Одним было тридцать лет, другим было тридцать пять лет, третьим было сорок лет, четвертым было пятьдесят лет, но это не имело никакого значения, все равно их умственный возраст составлял четырнадцать лет.