Ладно…
Высвобожу своих, пускай они отгоняют всех от моей комнаты, пока я буду обучаться и развиваться.
«Что мне остается делать, пока я жду, чтобы рана затянулась? Не знаю…»
Мне нужно было, чтобы остудились две половинки тела, которые висели на крюках, судя по инструкции, а другая еда, которую я с горем попам подвесил, чтобы стекла кровь, ожидала разделки.
А мне еще нужно было узнать, влияет ли наша кровь и слюна на превращение! Благо эти идиоты не испортили мой эксперимент.
«По итогу, ничего делать и не нужно… Лишь мучительно ожидание, дабы узнать…»
И ждать придется слишком долго.
Ничего не поделаешь.
Уйти я не мог, впустить своих тоже, ибо они все съедят, но что же делать?
Впереди целая ночь, а я не хотел тупо пялиться в стену…
Читать инструкцию? Да она уже у меня в голове!
Но открыв последнюю страницу, я прочитал странную вещь.
Рецепт.
Выбросить всю требуху. Кожу отмыть и замочить в соленой воде.
Кишки промыть и набить фаршем.
«Что такое фарш?»
Требуху, которую ты выбросил в ведро — сохрани. Пригодится маньякам для ловушек!
Глаза — выброси! Не будь Васей, который их коллекционирует! Это мерзко!
А дальше была пустота. Ничего не написано.
«Странный рецепт… Что такое соль? Зачем вымачивать кожу? Почему идея с кишками и фаршем кажется такой знакомый?»
Все.
Я вернулся к первой странице, к первому пункту и начал по-новому все читать, пока я занят очередным прочтением, еда может остыть, и я наконец начну тот самый долгожданный процесс!
Но…
Сначала я съем мозг!
Глава 29
Вэл
Спустя два дня Ира наконец нашла меня, явно с желанием выразить претензию.
— Вообще-то я пообещала маньякам, что они получат нехилые «кусманы» конины! А ты, — пальцем показала на меня, — Должен был проконтролировать, чтобы им сразу тушу порезали. Где мясо?
— Ир, отвянь. Всем пофиг на твои обещания. Первого уже разделали и коптят, а второго — замаринуют и до зимы оставят, его почти сразу же отвезли к лагерю Лесника.
— А это еще зачем?
— Чтобы было что есть. Дура.
— Лесника, — усмехнулась она, — Так себе место — здесь лучше, чем в том притоне.
— Согласен. Надёжный дом, ловушки. Методы по нераспространению вируса. Даже медицина на уровне.
— Рации! Самое главное!
А еще здесь было радио, самое настоящее, и мы переговаривались по нему с «домом», который находился в пятидесяти километрах от нас. При чем — регулярно.
У нас даже был обмен специалистами, и Игорь, мужчина, который самый первый встретил «альфу», частенько туда заходил, дабы составлять карты магазином. Он прекрасно знал местную область.
— Рации — наше все, — раздался голос маньяка за спиной, который прислонился к клетке и всматривался в Иру, — Но и в них есть минуса.
— Какие? — спросил я.
— Игорь и команда обнаружили прослушку. Так что нас слышат и мародеры тоже. Благо, что не суются к нам.
«Так вот почему он ходит и рисует карты…»
— А разве это не означает то, что к нам могут прийти плохие?
— Не, — покачал тот головой, — В самом начале эпидемии — да, это было бы опасно, а сейчас…
Он задумчиво почесал затылок, будто бы подбирал правильные слова, — А сейчас большинство из них мертво, и малой группой они нам ничего не сделают.
— Малые группы тоже долго не живут, — начал я, — Убийство других ради наживы, приравнивается к постоянным потерям. Ибо они тоже не одни такие.
— И тем более, — поддержал меня маньяк, — Закончится еда в магазинах и домах, они начнут грызть друг другу глотки. А к нам — не пройдут. Ловушки, мертвецы «второй» стеной… У нас все есть для пригодной жизни.
— Но это не значит, что нужно расслабляться, — подытожил я, — Никому нельзя доверять. Даже пришедшим выжившим. Любой из них может оказаться мародером, который при любом удобном случае, приведёт своих.
— Есть еще один тип выживших, — задумчиво произнес маньяк, — Каратели, слышали о таких?
— Не-а, — протянула Ирка, — Кто это?
— Странно, что ты не слышала.
«Что-то знакомое… Кажется я слышал о них от Игоря…»
— По большей части, это бывшие военные в группе с бывшими заключенными. И у тех и у других — мозги не в ту сторону повернутся, да и проблемы с кукушкой. Это группа людей, которые вооружены до зубов, а также — отлично скоординированы. Они ищут себе дом, и уничтожают всех и все, грабя и убивая выживших.
После его слов наступила тишина.