Он взял петлю и окунул ее в рану, поместив еще одну каплю крови на другое предметное стекло. Он повторил тот же процесс, что и раньше: поместил квадрат на слайд, написал цифру «2», поставил слайд справа от первого, протер и нагрел металлическую петлю.
— Единственная ситуация, когда принятые нами меры не сработают, — это если одновременно повсюду заболеет большое количество людей. Как вы думаете, почему вы встречаете только здоровых подростков и взрослых? Все потому, что в начале вспышки обратились дети и старики. Конечно, есть несколько исключений: пожилые люди с сильным иммунитетом, молодые люди с ослабленным.
«При чем тут тогда Желино? Как грибковый вирус, мог заразить целую планету? Почему он вообще вспомнил про вирус? При чем тут зараженный, которому он вскрыл череп?»
— Тогда почему люди превращаются в зомби, когда их кусают? Если наша иммунная система была достаточно сильна, чтобы отразить инфекцию в начале вспышки…
— Все просто. Другое количество вируса, которое попадает в тело. Более большое. — сказал он, — Когда вы убиваете зараженного, разбивайте ему голову, без сомнения, вирус выходит в воздух, который вы вдыхаете. Ваше тело может бороться с ними. Но если вас укусили, количество вируса, которое попало в ваше тело, намного больше. И этого слишком много для вашей иммунной системы.
— Разве это не означает, что, когда мы состаримся и наша иммунная система будет скомпрометирована, мы обратимся, даже если нас не укусят? Или от того, что в организме и так есть зачатки вируса, и, если мы умираем — иммунитет ослабевает и мы обращаемся? Мы все заражены?
Босс лагеря взял петлю и снова коснулся ею раны зараженного.
— Страшно подумать, не так ли? Не только это, но и иммунная система младенцев ужасна. У них даже не будет шанса повзрослеть. Без лекарства человечество обречено. Не только люди, но и большинство млекопитающих, птиц, амфибий и рептилий на Земле. Возможно, выживут только насекомые и морские животные.
— Почему ты говоришь мне это? Зачем вы вообще меня вызвали?
— Девушка, которая пришла с тобой, она была твоей девушкой, верно? Ирина же?
Убрав очередной образец, мужчина посмотрел на меня. Я не мог видеть его лицо из-за его защитного костюма.
— Не планируйте детей.
Тревожное чувство скрутило мой желудок.
— Ты работаешь над лекарством, верно? Как далеко продвинулись?
— Я проверил все существующие противовирусные препараты. Ни один из них не работал. Не говоря уже о том, что у меня нет доступа ни к какому оборудованию. Откровенно говоря, я в растерянности. Мне нужна подсказка, что угодно, чтобы вести меня в правильном направлении…
«Он намекает на того… Или он не знает?»
— Вы слышали про «альфу»?
Прошло двадцать два дня с тех пор, как я в последний раз видел жертву.
Я полностью закончил готовку.
Полностью съел первую приготовленную жертву. И у меня еще целых три «жертвы», в готовом виде.
Ожидая, пока мясо готовилось, я осмотрел окрестности.
Больше веревок, растущих на деревьях, я не нашел. Но я нашел другие. Много других. Я принес их в здание, держал подальше от комнаты для хранения продуктов.
Трудно было заставить их всех остаться. Внутри здания полно моих.
Больше не влезет. Остальные снаружи, в пространстве между забором и зданием. Я перегородил узкий проход в заборе веревкой.
Забор не сломался.
Остальные не двигаются, а стоят на месте. Пока ничто не привлекает их внимания, они ничего не делают.
Идиоты.
Их голод полностью поглотил их мозги. Они даже не могут вспомнить, как ходить. От двери комнаты для хранения продуктов до забора есть дорожка, которую я сделал. Остальные не реагируют, когда дверь шумит.
Что, если они перестанут следовать за мной на полпути к месту назначения?
В «дом» больше никто не приходил, хотя я даже разжег костер, и следил за тем, чтобы постоянно был столб дыма. Но это не привлекло жертву. Либо в этом районе больше не было их, либо они просто предпочли не подходить, увидев остальных, собравшихся за забором. В любом случае, я должен уйти.
Если добыча не придет ко мне, я пойду к ним.
Есть только одна проблема… Комната для хранения продуктов…
Я не могу взять ее с собой. Я тоже слишком слаб, чтобы таскать жертву. Я могу принести соль с собой. Я также могу разжечь огонь, чтобы коптить мясо. Но важно помещение. На потолке есть петли, за которые можно повесить крючки. Комната также не позволяет другим проникнуть внутрь. Я не могу хранить еду без двери.