- До меня пока не добрались, зато Аксинью при нас заставили просматривать речи людей, призывающих казнить ее маму.
- Аксинья - это...
- Дочь той самой женщины, которую казнили за аборт недавно.
- Какой ужас, - подруга поджала губы - верный признак того, что она злится. - Просто смотреть или...
- И говорить о своих чувствах при этом.
- Жесть.
- И этот спецработник - Берковский, весь такой прям душка: «Разумеется, вам больно слышать все эти слова о дорогом вам человеке...вы скорбите по маме - и это естественно, надо просто разделять в памяти маму и врага человечества».
- Вот козел!
- Тш-ш-ш, не так громко!
- Да кому мы здесь нужны, - Кэти словно колебалась, желая сказать что-то еще, но видимо передумав, спросила лишь:
- Ты все? А то мы обе получим замечания.
- Пошли, - время поджимало, мы подошли к концу очередной вдохновляющей речи бригадира.
- Надо же, явились! Я уж думал, что вы забыли о повышении нормы. Ну ладно, давайте, девочки, покажите на что способны - мы должны не просто отработать повышенную норму, а выйти на новый уровень. Как говорится - все для спасения человечества.
Бригадницы нестройным хором согласились, все-таки такое раннее пробуждение давало о себе знать - все выглядели сонными. Мы с Кэти встали на свои привычные места. Жужжание конвейера не способствовало бодрости и пробуждению. Чтобы не начать клевать носом я стала вспоминать прослушанные вчера вечером песни: «...Через час уже просто земля, через два на ней цветы и поля, через три она снова жива и согрета лучами звезды по имени Солнце...», - пел незнакомый поэт древности. Ах, если бы все было так просто! Несколько часов и планета снова живет, словно и не было ядерной Катастрофы. Но реальность куда суровей и теперь кто знает, когда мы сможем жить нормально на поверхности, не закупориваясь в пластиковых пузырях, не приспосабливая старые шахты и метро под города. Древняя песня продолжает крутиться в голове всю смену, но никто не замечает моей задумчивости, потому что увлечены разговором с Мирой. А как же - новый человек в смене, даже Кэт вон болтает без умолку, обсуждая свои школьные годы.
«И билет на самолет с серебристым крылом...» - это были строчки из другой песни того же певца. Интересно - серебристым, как титан? Ведь называют его летучим металлом, так что наша губка тоже сможет когда-нибудь превратиться в самолет, только мне и другим бригадницам никогда не светит полетать на нем. Да и куда лететь? Хотя я, наверное, и на разведку слетала бы с радостью - посмотреть, во что превратили Землю вечно воющие люди. «Ни одной знакомой звезды...» - никто из нас не видел звездное небо вживую, даже странно думать, что они по-прежнему светят где-то там далеко-далеко, те же звезды, что светили древним. Песня навевала тоску, но в ней было что-то такое, что заставляло слушать ее снова и снова. Заплутавший путник, старающийся сохранить бодрость духа, и почему это было так близко, так знакомо?
Это может показаться странным, но за весь день я так и не задумалась о вчерашнем, не потому что старалась забыть, или гнала мысли об этом, в тщетной надежде, что это поможет дольше сохранить секрет. Нет. Просто это уже свершилось - мы встретились тайком, и чтобы Ибрагим не говорил про изменщиков из Охраны, я, почему-то была уверена, что нас поймают. Столько камер, дронов, любопытствующих прохожих. Нет, это лишь вопрос времени. Даже тайник - и то более надежный секрет. Я устала от страха, мне захотелось взять передышку - и не думать о последствиях каждого своего шага, я и та знала, к чему они все ведут. Поэтому вчера вечером я наслаждалась хорошей музыкой и сегодня, как в полудреме, прокручивала эти замечательные песни у себя в голове.
- Все нормально? - спросила меня Кэти по дороге в столовую. - Ты все время молчишь, это из-за вчерашнего?
- Я в порядке, а вчерашнее - что ж, я знала, что это будет противно. Я думала насчет молодежных встреч Церкви, пожалуй, схожу на этой неделе.
- Вот и правильно, - горячо зашептала подруга. - Главное сбить их со следа.
- Что?
- Усиленно делай вид, что ищешь мужа, но не слишком усиленно, а то и правда кто-нибудь из этих церковных мальчиков клюнет, - я рассмеялась так громко, что подошла Влада, заинтересовавшись, что меня так развеселило.
- Кэти хочет начать вести блог о наших днях повышенной нормы, - не мигнув глазом, вру я, Влада потрясенно смотрит на Кэти, подобные блоги были не редкость на производстве - лишний раз можно подлизаться к начальству - дескать, вот какой я молодец - освящаю нашу очередную ударную стройку. Но чтобы Кэти?!
- А что, - Кэти и не думает отвертеться от моей дурацкой выдумки. - Язык у меня подвешен, так все опишу - премию выпишут, как минимум, а то и повысят, стану замбригадира.