Вечернее озеро отличалось теплотой красок, Солнце светило мягче. Блики также вспыхивали на воде, которая в этот раз была темнее, ближе к синему. Сняв одежду, я без колебаний вошла в воду. Тело сразу охватила дрожь, смена времени суток все-таки сказалась на температуре. Нет, вода не была ледяной, просто помимо давления ощущался ветер, как при изображении зимы. Не очень приятно, ну да ладно, я все равно не хотела задерживаться надолго. Пройдя пару шагов в озере, я замерла - мне вдруг пришла в голову сумасшедшая идея: а что будет, если я попытаюсь нырнуть? Сразу начну задыхаться? Ради интереса я зашла на большую глубину, так, чтобы можно было спокойно дышать. «Ветер» распространился на плечи и шею, больше никаких изменения я не почувствовала. Пару мгновений я боролось с искушением, но потом решила, что так экспериментировать лучше в теплой воде. Время вышло.
Вынырнув из Игры, я ощутила жуткую слабость, вся моя бодрость испарилась, будто ее и не было. Страшно хотелось есть и спать, жаль, что в домах не разрешают хранить пищу, сейчас я бы с радостью выпила бы и надоевший коктейль. Проверив комм, я заметила сигнал пропущенного вызова, опять Попиаров. Неужели до него не доходит, что я не хочу с ним общаться?
С трудом собрав остатки сил, я убрала оборудование Виртура, и, стараясь не думать о еде, легла спать. Уснула я моментально, никаких кошмаров, вообще ничего, при этом утром я встала так легко, будто проспала часов десять кряду. Папа тоже отметил мою небывалую бодрость.
- Доброе утро! Ты выглядишь хорошо отдохнувшей. Что, вчера легла пораньше?
- Да нет, - улыбнулась я. Папа, в отличие от меня, выглядел непроснувшимся и каким-то помятым, словно это он играл полночи, а не я. Я не стала в очередной раз призывать его не вставать так рано, все равно он уже решил, что будет завтракать вместе со мной.
По дороге в столовую большой экран, который обычно не работал в это время, тихо мерцая заставкой-флагом, вдруг ожил.
- Хм-м, твой любимый ролик, - папа, конечно, иронизировал. Я ненавидела этот ролик не меньше чем историю чудо-сыночка врага человечества. Судорожно ковыряясь в кармане, я пыталась найти свои наушники, не желая слушать эту мерзость, но как назло именно сегодня я оставила клипсы дома. Папа тоже не взял. Ничего не оставалось кроме как «наслаждаться» этим творением.
Где-то год назад в телеинете вышло большое интервью с Татьяной Спиридоновой - главой союза матерей-героинь. Ее слова о маме Аксиньи были ужасны, но то интервью было просто тошнотворным. Кэти так и сказала, просмотрев его впервые: «После него тянет блевать». Это интервью...было странно слушать такое из уст взрослой женщины. Но Спиридонова говорила искренне и со всей серьезностью, хотя больше это походило на монолог чокнутой. Речь шла о материнстве, замужестве и всем таком. Выдержки из него крутили постоянно, и вот сегодня, кто-то, решив, что давненько мы не слушали этот бред, вывел на большой экран отрывок:
- «Если честно, до встречи с моим мужем - Иваном Владимировичем, я жила только работой, даже Церковь отходила на второй план. Мне казалось, что так я делаю что-то значимое для Нового Союза, а брак и дети могут подождать. Сейчас я бы уже носила пластину «дефектной», но тогда мне ничто не напоминало ежедневно о моей гордыне. Ох и глупая же я была! К счастью, сегодня, обретя мудрость, я хочу совершенствоваться только в одной профессии - жены и матери. Муж хотел, чтобы у нас было много детей, но первым чтоб непременно мальчик, сын, наследник. И я справилась с этой задачей!
Вот уже два года прошло с тех пор, как я родила нашего младшего сына - Вовика, и сейчас мне не достает этого недосыпа, большого живота, того чувства единения с ребенком, когда кормишь его грудью. Я молюсь о новом чуде. Дома мы всё делаем с молитвой: едим, спим, учимся. Разумеется, вся семья соблюдает посты, не смотря на интенсивность работы и учебы.