«Черт! Лучше б это был Моралком».
Папа предложил гостям присесть, освободив стул для Ивана Витальевича, девочки сели на табуретки. Аккуратно причесанные (и я подозревала, что не без помощи Крысы или Сталины) они сидели, смотря в пол, словно провинившиеся. В отличие от них, Попиаров был весел, я бы даже сказала, что перевозбужден - он, то садился на стул, то вскакивал, что порядком раздражало папу. Сам очень сдержанный, папа не любил кривляния и беспорядочных телодвижений других людей. Наконец, закончив с благодарностями за прием и похвалой в адрес нашего жилища, Иван Витальевич обратился к папе...с весьма неожиданным предложением (по крайней мере, для меня).
- Уважаемый, Андрей Максимович! Я - честный человек, так что не стану ходить вокруг да около, короче, дело такое - я прошу вашего благословления на свадьбу с вашей дочерью! - мы с папой переглянулись, на его лице было изумление, как и у меня. Попиаров, словно не замечая, какую реакцию вызвали его слова, продолжал, как ни в чем ни бывало:
- Конечно, по нашей русской традиции первыми надо было послать сватов, но я только переехал, так что и не знаю кого отправить с таким важным поручением, просить Людмилу Федоровну по ряду причин не очень хотелось. В общем, вот моя рука и сердце - прошу любить и жаловать, мои дочки-ангелочки, да. Так что ж, каким будет ответ?
Но папа не спешил отвечать, он смотрел на меня, на дочерей Попиарова, на него самого, снова на меня. Новоявленный жених, судя по всему не ожидавший такой заминки, быстро затараторил:
- Да, мы знакомы с Софией всего ничего, но ведь браки заключаются на небесах. К тому же я сегодня, после встречи поговорил с отцом Георгием, и он считает, что мы с Софией просто созданы друг для друга. Он так тебя нахваливал, милая, - Попиаров подмигнул мне с таким видом, будто мне все это должно было польстить. Ситуация вызывала ощущение полнейшего абсурда. Какая свадьба? Что еще за сваты?! Мало того, что меня от нового соседа тошнит, так мы вообще не знакомы, его разглагольствования по комму не в счет - в конце концов, что я о нем знаю? А что он обо мне? Я понимала, что отец Георгий в этом случае старался как лучше. В его понимании «как лучше», конечно. То есть любая нормальная «дефектная» должна была с радостью ухватиться за такую возможность сбросить ненавистную дурацкую пластину. Но меня переполняло возмущение, буквально душило, только поэтому я еще не заорала: «Иди на хрен, со своими рукой и сердцем!».
Папа немного пришел в себя, и прервал кандидата в зятья, сказав, что он не хочет решать мою судьбу за меня:
- Я вас услышал, но решать должна моя дочь, так что как скажет Софи..., - папа несколько растерянно, и даже будто со страхом в глазах, повернулся ко мне. «Неужели он думает, что я была в курсе этого фарса? Что я хочу выйти замуж за Попиарова?!».
Я была так зла, что не смогла придумать ничего оригинальнее, чем: «Я не согласна».
Папа выдохнул с явным облегчением. Попиаров, в свою очередь, смотрел на нас как на ненормальных:
- Ты, должно быть, не поняла, я хочу жениться на тебе!
- Я прекрасно все поняла, извините, но я не хочу выходить замуж за вас.
- Это из-за детей, - «догадался» Попиаров. - Так не беспокойся, они у меня смирные.
«Он так говорит, будто они - щенята или нечто вроде того, они же стоят рядом, девочки же все слышат».
- Дело не в девочках, - поспешила сказать я, глядя на Владимиру и Ефросинью.
- Они будут с тобой пр-р-редельно учтивы, - гортанно заявил мне несостоявшийся жених и тут же резко рявкнул девочкам. - Ну-ка скажите новой маме, как вы ее любите!
- НЕТ! Стойте, не надо, девочки, правда, здесь ни при чем! Просто я не хочу замуж, я не готова, да я вас толком не знаю вообще! Мы по-разному смотрим на брак, наверное, так что извините, но нет. Мой ответ нет.
Девочки смотрели на меня, раскрыв рот, похоже они не видели, как кто-то в чем-то противоречил их отцу. До Попиарова наконец дошло, что я настроена серьезно, он покосился было в сторону папы, но тот лишь сказал:
- Вы ее слышали, Иван Витальевич, вам придется искать невесту в другом месте.
- Но вы же ее отец, вы можете заставить ее! - неожиданно завопил Попиаров. Нет, в буквальном смысле - завопил. Его дочери дружно вздрогнули, меня саму прошиб холодный пот, как-то не ожидала от взрослого мужика такой реакции.
- Дочери должны во всем повиноваться отцам, как жена мужу. Вы что не хотите внуков? Или..., - тут Попиаров осекся на полуслове и как-то гаденько по-новому взглянул на папу. - Или вас все устраивает...вы ведь давно овдовели. Не тяжело так долго без женщины рядом, а?
- Пойдите прочь из моего дома, - папа сжал кулаки, и мне сразу вспомнилось, как он подрался с отцом Ибрагима. Грязные намеки Попиарова были не просто отвратительны, это была настоящая угроза. Если он посмеет сказать нечто подобное отцу Георгию, да еще подключит Крысу. Папу казнят, а меня отправят в какой-нибудь исправительный центр, где главным лечением считается «трудотерапия».