Подходя к другу, я невольно бросаю взгляд на яркую витрину, высматривая свои любимые модели: купили их или они все еще ждут того часа, когда у меня появятся «свободные» средства? Заглядевшись, я спотыкаюсь о собственную юбку, уже не в первый раз, кстати.
- Дурацкая юбка! И почему мы должны носить такие длинные хламиды? - проходящая мимо женщина укоризненно смотрит на меня, но Ибрагим лишь смеется над моей нелепой вспышкой злости.
- Меньше нужно заглядываться на витрины.
- Да ладно? Если бы я родилась парнем, то могла свободно ходить в штанах, и не спотыкаться об дурацкий подол всякий раз, и не бояться, что его зажует эскалатор, или... черт, мне бы никто мозги не промывал по поводу замужества, и не звал меня «дефектной»!
Ибрагим перестает улыбаться: «Никто не зовет тебя "дефектной" Софи! Ты еще не старая».
- Не старая, - вздыхаю я, мне уже стыдно за все эти слова, да еще сказанные в таком людном месте, я пытаюсь сменить тему. - Давай пройдемся, что ли.
Какое-то время мы идем молча. Видно, что Ибрагим встревожен моей вспышкой. Не понимаю, как он может игнорировать очевидное - в глазах общественности я уже "дефектная", мне ведь почти восемнадцать. И уже два года, как мне читают нотации церковники.
- А ты правда не хочешь..., - начинает Ибрагим и замолкает, словно не решаясь продолжить.
- Не хочу что?
- Ну, завести семью, - парень краснеет, и у меня появляются сомнения в том, что он хотел сказать именно это. - Выйти замуж? Родить детей?
- Я не знаю. Наверно хочу, просто... просто это не должно случится так, по принуждению церковников, я хочу сказать почему обязательно выходить замуж сразу после школы, ведь, ну, ты же можешь и не встретить того человека с кем бы хотел связать судьбу, понимаешь? - пытаюсь я передать свои мысли.
- А если ты его не встретишь? Того человека?
Ибрагим пристально смотрит на меня, ожидая ответа, но я не знаю, что сказать. Что я все еще надеюсь влюбиться? Что останусь одна и превращусь в подобие Кэти?
- Не знаю, - наконец сознаюсь я.
- А дети? - продолжает допрос Ибрагим.
- Сейчас не хочу, - друг хочет что-то сказать на это, но я перебиваю его. - Да-да, знаю, что ты хочешь сказать, а что если ты захочешь ребенка уже в зрелом возрасте и не сможешь родить? Понятия не имею! Но дети должны быть желанными, как и мужья.
- Это Кэти так говорит.
- Я тоже так считаю! - начинаю закипать я.
- Не злись, - Ибрагим примирительно толкает меня в бок. - Давай лучше доедем до большого экрана, поглядим, что показывают?
Я соглашаюсь, и мы, как дети, бежим наперегонки до ближайшего эскалатора.
Но большой экран не оправдывает наших надежд - сегодня по нему крутят позапрошлую проповедь Патриарха, ту в которой особый упор был на то, что школьникам стоит ограничить просмотр сериалов. Забавная была, ну, по крайней мере, лучше, чем про «дефектных».
- Знаешь, я слышал, что в других городах, где среди населения больше правоверных, на экранах чаще транслируют Главного Муфтия, нежели вашего Патриарха.
- Вполне логично, лично мне все равно, что имам, что патриарх, я в любом случае лучше бы посмотрела на природу, - Ибрагим соглашается, что природа вне конкуренции, и мы идем дальше, поднимаясь по лестницам все выше.
- Отсюда неплохой вид на Центр и почему мы сюда раньше не забредали?
- Заходили, но не выше, через лестничный пролет уже первый блокпост на пути к выходу.
- К выходу? - рассеяно переспрашиваю я, пытаясь рассмотреть через парапет, что там наверху - такие же металлические перила и вверх купола - никакого выхода.
- Ну, двери наружу, - терпеливо поясняет Ибрагим. - И к ним нельзя приближаться, ты же знаешь, в школе вам про это сто раз говорили, разве нет? Нам чуть ли не каждый день об этом талдычат.
- Ой, это все городские байки! Каждый год школьникам рассказывают одну и ту же страшилку, про парня, который умудрился пройти через Охрану и выбраться наружу, естественно быстро помер, и спасатели нашли лишь его обглоданные останки, которые так фонили, что их даже оттуда и забирать не стали, да-да, очень правдоподобно.
- А ты думаешь, что этого не было? - я задумалась, что же так смущало в этой истории, наверно больше всего не верилось, что кто-то сумел прошмыгнуть мимо Охраны, когда я поделилась своими сомнениями с другом, он ответил, что может тогда ворота еще не охранялись так строго. Но мне было, что на это возразить, ведь как раз после Катастрофы все боялись радиации еще больше чем сейчас и за дверьми должны были следить наоборот строже, да и вредителей тогда было больше. В общем, мы начали спорить, и видимо слишком расшумелись, потому что вскоре к нам спустился охранник и погнал нас вниз.