- Ты смогла его увидеть? - спросил он, заметив мое приближение.
- Да.
- Хорошо, нам пора. Ты готова? - я кивнула, к крикам Крысы прибавился плач одной из девочек.
- Идем, - папа развернулся к нашему блоку. - Мы потеряли много времени, но у меня все готово для съемки и трансляции твоего видеообращения в ЕА. Мне удалось взломать несколько экранов по странам Альянса, так что твое изображение появится сразу в нескольких городах. Вместе с субтитрами, то есть жители ЕА поймут, что ты сказала, - добавил папа, увидев мой непонимающий взгляд.
- Хорошо, что мне надо сделать?
- Садись сюда, - папа указал на стул, пред которым на столе стояло непонятное устройство. - Как я скажу «давай», ты начнешь говорить, смотря вот сюда, это специальная камера.
- Что я должна сказать, просто отрекаюсь?
- Ты должна сказать следующее: «Я - София Андреевна Васнецова - в нынешнем, гражданка Нового Союза, отрекаюсь от своей родины и хочу стать полноправной гражданкой Европейского Альянса по 51 поправке «Закона о мигрантах» 2105 года. Ты должна сказать это не прерываясь, так что потренируйся без записи.
- Я - Софья Андреевна Васнецова..., - в голове стоял туман, как в той опции на море. «Я в жизни не запомню это обращение».
- ...в нынешнем, - подсказал папа. - Можешь сказать - «в настоящий момент».
- ...в настоящий момент являюсь гражданкой НС...
- ...надо сказать развернутый вариант - так записано в законе, не хочу, чтобы у бюрократов появился повод не давать тебе гражданство.
- ...гражданской Нового Союза, отрекаюсь от родины и хочу стать...
Мы повторяли текст, пока я не начала произносить его уверено.
- Отлично, у тебя все получается, не волнуйся, повтори на камеру и все закончится, - я кивнула, не разделяя его уверенности.
- И...давай, - папа махнул рукой, и я, смотря куда он указал, громко и четко произнесла свое отречение, слова которого отдавались горечью в сердце. Почему нельзя было просто сказать «хочу стать гражданкой ЕА»?
- Замечательно, - запись закончилась, и папа засуетился возле своего аппарата, я так и осталась сидеть, опустошенная. Минут через десять, я очнулась от своих горьких раздумий:
- Пап, твоя очередь - мы должны успеть записать твое обращение!
- Об этом не волнуйся, - рассеяно отозвался папа, продолжая колдовать над «камерой».
- Но спецы явно узнают о моем видеообращении, они, наверно, уже бегут к нам.
- Это уж наверняка.
- Тогда почему...
- Софи, - папа наконец оторвался от своих железок и посмотрел на меня:
- Помнишь, я говорил тебе недавно, что для завершения проекта мне требуется еще неделя-другая? У меня не было этого времени, Соф.
Сердце пропустило один удар.
- И что это значит?
- Это значит, - папа тяжело вздохнул. - Что я не могу передать свое обращение в Альянс. Я смог прорваться только на полторы минуты - ровно столько, чтобы ты успела произнести свое слово.
- Времени больше нет? - «я отказываюсь в это верить».
- Нет, милая, я останусь в Союзе, но, к счастью ненадолго.
- Как ты можешь...как же...ты обманул меня! - я не знала, чего мне хочется больше - обнять папу или кинуться на него с кулаками. Если бы он сказал правду о времени на запись, я бы ни за что не согласилась записывать это дурацкое сообщение. А Ибрагим? Я звала его с собой, а времени на его сообщения не было! Представляю, что было бы, если бы я смогла его уговорить. И папа...
- Я не поеду, я останусь вместе с тобой....
- Софи!
- НЕТ! Я тебя не брошу, или мы оба будем свободными или вместе умрем в НС.
- Тебя не могут казнить - ты теперь гражданка Альянса.
- Но ...я не стану, не поеду!
- Тебя насильно экстрадируют на твою новую родину - таков закон, милая. Послушай, постарайся понять, я остаюсь, но так и должно быть. После смерти твоей мамы моей единственной целью было вызволить тебя из НС - и я это сделал! Я смог. То, что времени не хватило...Думаю, это судьба. Я не должен был соглашаться на план твоей мамы - не должен был доносить на нее. Я отрекся от нее на суде, я видел ее казнь и знал, что это моих рук дело. Я не знаю сможешь ли ты простить меня за это когда-нибудь, но я себя не простил. Теперь все встало на свои места - ты будешь спасена, а я ...сделал то, что должен был.
В этот момент в дверь что-то бахнуло! Пол содрогнулся.
- Они уже здесь, - спокойно констатировал папа и улыбнулся мне. Теперь я уже не раздумывая бросилась ему в объятья.
- Папа, папа, я не смогу без тебя
- Прости меня, Софи, я люблю тебя, постарайся понять...
- Я тоже тебя люблю, но...
- Чш-ш-ш, - дверь начали вскрывать лазерной пилой, папа сжал меня крепче и поцеловал в висок.
- Обещай, что станешь счастливой, родная, куда бы тебя не забросила судьба, - успел сказать он до того, как дверь блока была прорезана. - Обещай!