- Нет, - я обрываю папу на полуслове, я не хочу, чтобы он пошел со мной не только из-за того, что после мне надо будет ускользнуть на встречу с Ибрагимом. Нет. Я не хочу видеть папу на встрече ГВРК, не хочу слышать о том, как это было с мамой, только не это.
- Спасибо за поддержку, пап, но мне лучше пройти через это одной, хорошо? - надеюсь, я его не обидела своим резким отказом, но он вроде бы спокоен, смотрит на меня скорее с гордостью, нежели с обидой.
- Как скажешь, родная, главное - не трусь. Это все временные трудности, - «неужели он в это верит? Что Моралком так просто отцепится от меня, а может он еще надеется, что я выйду замуж?». Сердце в очередной раз сжимается от чувства вины за постоянную ложь папе, он этого не заслужил. Я улыбаюсь и киваю, молясь про себя, чтобы все мои злоключения оказались для него лишь «временными трудностями».
На эскалаторах пустынно, большинство идет завтракать попозже, экраны продолжают мусолить дело вредителей фильтров. Интересно, а их жены тоже будут сегодня на встрече ГВРК? А вдруг там будет Люся? Она же тоже дочь «врага человечества». Да не, вряд ли, она еще от родов не отошла. Сказать по правде в глубине души мне бы хотелось, чтобы Люсю обязали пойти, как и меня, был бы хоть кто-то знакомый. Но это мерзкое желаньице было бессмысленным, ведь Люся куда более благополучная гражданка, нежели я - замужем, родила сына, практически идеальная правоверная.
В столовой можно сказать и очереди не было, так человека четыре-пять: ни о чем. Есть не хотелось, поэтому я взяла стакан с сулентным коктейлем, не самое вкусное питье, зато ощущение сытости на весь день.
- Только коктейль, даже помидорку не будешь? - удивляется повариха на раздаче.
- Нет, спасибо, не сегодня.
- Ну как знаешь.
За столом только я и папа - идиллия, может, стоит всегда вставать в воскресенье пораньше? Правда, начиная с завтрашнего дня, я и так буду вставать раньше - начались три недели повышенной нормы. Да и черт с ней, мне бы сегодняшний день пережить спокойно. Я неспешно выпиваю свой завтрак. Неожиданно мне захотелось выбежать из столовой и забиться в какую-нибудь темную щель, где меня не найдут ни церковники, ни спецы. Я не могу усидеть на месте: «Я пойду, ладно? Хочу прогуляться по Центру».
- Ты уверена? - предпринимает папа последнюю попытку. - Я скоро закончу и могу пройтись с тобой.
- Нет, не торопись, я в порядке, просто...просто мне надо прогуляться, вот и все.
- Хорошо, позвони мне, как встреча закончится, ладно? Или давай я встречу тебя после собрания?
«А вот этого мне точно не нужно!».
- Нет, пап, я в норме, и спокойно доеду до дома после встречи, не волнуйся.
Папа кивает, хотя по нему заметно, что он волнуется за меня. Ну еще бы. Я чуть ли не бегом покидаю столовую, успевая столкнуться в дверях с Крысой и Сталиной, но они меня не заметили, или убедительно сделали вид, что не заметили. Мне плевать. Я торопливо иду, сама не зная зачем так спешить - до встречи ГВРК еще несколько часов, просто волнение гонит меня вперед. И я еду в Центр, перебегая межлестничные переходы, только чтобы оказаться перед магазином шарфов.
Я хотела надеть подарок Ибрагима сегодня, но в последний момент передумала. С одной стороны, если встреча была ловушкой, это было бы так символично: «Ты меня предал, а я считала тебя своим другом, смотри, вот твой подарок». Но с другой, я бы не хотела, чтобы он понял, как сильно я по нему скучала. Пестрое разнообразие шарфиков не могло успокоить меня сегодня. Пропуская сквозь пальцы гладкие невесомые платки, я любовалась узорами и отсчитывала оставшееся время до встречи.
Сиреневый шарф с блестками по краям.
«Как долго мне придется ходить на эти дурацкие собрания?».
Светло голубой с зеленым отливом - подошел бы Мирре, как раз под цвет ее глаз.
«А может я уже сегодня окажусь в тюрьме?».
Коричневый с золотыми цветами.
«Мне так страшно».
Не выдержав, я ушла оттуда. Поддавшись своим желаниям, я стала подниматься все выше и выше, почти дойдя до того места, откуда нас с Ибрагимом не так давно спугнул Охранник. Кто бы мог подумать, что Ибрагим - мой милый мальчик с глазами олененка, сам станет Охранником? Это какой-то бред, ей Богу. Ибрагим - охранник?!
Облокотившись на парапет, я рассматривала Центр с высоты. Все спешат, все бегут куда-то, за покупками, на встречу с друзьями, по делам. Столько серых точек в хороводе лестниц. «Табуретки» кружат над этим всем словно хищные птицы. И как это место могло казаться мне таким веселым раньше? Это все волшебство дружбы, и оно было отнято дурацкими правилами. Даже если сегодняшняя встреча не ловушка, сможем ли мы общаться как раньше? Нет. Конечно, нет. Я изменилась, Ибрагим скорее всего тоже. Внезапно я почувствовала себя такой одинокой, что захотелось расплакаться. Что за глупости, соберись, Софи! Сегодня мне надо быть, как никогда сильной. Но здесь никого нет, даже дроны летают ниже, и заплачь я сейчас - об этом никто не узнает.