Все они вносили свой вклад в этот бой, постепенно подводя демона к той черте, после которой даже сильнейший инстинкт к жизни данной твари начал постепенно затухать…
Рассвет Кибитсуджи Мудзан встретил в крайне истощённом и надломленном состоянии. Тот даже попытаться укрыться от утренних лучей солнца не успел. Отрубивший ему ноги Танджиро, вскрывшая черепушку Канаэ и вонзивший в его грудь свой клинок Гию Томиока, просто не позволили демону хоть как-то защититься от солнца.
Даже его попытка использовать собственное тело в качестве щита, нарастив на себе несколько лишних тон демонической плоти, не увенчалась успехом. У демона банально не осталось сил на подобное, ибо вторая порция сыворотки Тамаё обернулась для его тела фатальным уроном, а необдуманные попытки пробиться через окружения Столпов растратили последние остатки демонической магии.
Сгорел прародитель демонов быстро… Пал с первыми лучами солнца, так и не успевая забрать ещё чью-нибудь перед собственной смертью. Чем и ознаменовал победу истощённых, израненных, искалеченных, порой едва-едва, но всё же живых охотников. Часть из которых ну никак не могла насладиться столь триумфальным для всей их организации моментом.
— К Кайгаку! — Кратко бросила Шинобу, пусть и прихрамывая на левую ногу, но всё же срываясь в сторону импровизированного госпиталя. Её сестра — Канаэ Кочо, последовала следом, не обращая особого внимания на открытый перелом левой руки, сломанную лопатку и кучу менее критичных ран.
Главным для девушек было как можно скорее убедиться в состоянии их мужа и названной сестры. Ведь если Кайгаку или Мицури умрут от полученных ран, две девы-медика никогда себе этого уже не простят. Точно не простят!
Глава 63
— Так вот оно как всё по итогу получилось. — Скупо улыбнулся, не спеша лишний раз дергаться в постели. Канаэ неспешно откармливала меня куриным бульоном и настойками на основе каких-то трав, пока Шинобу пересказывала финал недавней битвы. Хотя как недавней… — Не думал, что проведу три месяца в коме. — Тихо заметил, до сих пор с некоторым трудом переваривая подобные новости.
Я ведь точно помню, как в тот день, почувствовав вкус приближающихся ко мне сестёр Кочо, непроизвольно расслабился… Понял, что мои жёны живы и вроде бы даже относительно целы, испытав не малое облегчение по этому поводу. Что, собственно, и подкосило мои силы. Перестав волноваться за жизни дорогих мне женщин, я сам того не ведая проиграл надвигающейся на меня усталости и слабости, сначала просто отрубаясь, а потом и вовсе впадая в кому. Неприятно.
— Радуйся, что вообще не помер. Твоё тело находилось в критическом состоянии. Состояние семь раз ухудшалось до критического. Тамаё-сан трижды хотела обратить тебя в демона, и мы дважды чуть не дали согласие на подобную процедуру… Но по итогу всё обошлось. — Скупо заметила Шинобу. — И зачем только нужно было выдергивать меня из под той атаки?… Я и сама имела неплохие шансы увернуться. — Уже куда тише спросила девушка.
— Нет, не успела бы… Если бы я не сосредоточил внимание Мудзана на себе, ты и, скорее всего, Ренгоку умерли бы в тот же миг. — Медленно покачал головой, чувствуя острую боль в глазах и всём теле, но ни капли не сожалея о сделанном выборе в том бою. — К тому же, если бы мой клинок выдержал первые атаки демона, я бы смог отделаться не такими уж и смертельными ранами. Максимум — лишился бы левой руки. — Ободряюще улыбнулся двум девушкам, непроизвольно дотрагиваясь до огромного шрама на груди.
Да, потеря руки была бы не столь страшной травмой. Неприятной, конечно, но остаться без одной конечности — это всяко лучше, чем лишиться всей набранной когда-то силы. Сейчас, когда одно из моих легких уничтожено, тело истощено трёхмесячной комой и отравлено кучей лекарств, а многие раны навсегда оставили свой след на здоровье, я как никогда остро понимаю, что восстановиться после подобного будет невозможно.
Не то чтобы это теперь играло настолько важную роль. Но враз скатиться с уровня сверхчеловека, способного взмахом меча перерубить столетний дуб, до дистрофика с инвалидностью — морально очень тяжело. Хотя, я всё равно рад, что выжил и…
— Спасибо, что не позволили Тамаё сделать из меня демона. — Вполне искренне поблагодарил девушек, отлично понимая, что жить в шкуре демонов банально не смог бы. Призрение к самому себе и к своей природе убило бы меня раньше, чем любые раны или солнце. К тому же, как бы я тут не депрессовал, но последние пару часов уже показали мне, что ещё не всё потерянно.
Шансы хоть на какое-то восстановление имеется. Оставшейся со мной контроль над организмом и жизненной силой позволит компенсировать некоторые раны и большинство последствий трёхмесячной комы. Впрочем, общие прогнозы всё равно не радостные.
— Я знала, что жить в демонической шкуре ты не сможешь. — Кивнула мне девушка. — К тому же, мы с Канаэ и Мицури всё ещё хотим от тебя детей… А если ты станешь демоном, едва ли у нас что-то получится. — Чуть смущённо дополнила свой ответ Шинобу, вызывая вполне искреннюю улыбку на моём лице.
— Что же, об этом мы с вами ещё успеем поговорить чуть более конкретно. Дайте уж мне пару месяцев на восстановление… Да и Мицури сейчас всё же не стоит думать о беременности. — Спокойно кивнул двум сестрам, под конец своей речи чуть мрачнея лицом. Моей третьей жене тоже неслабо досталось в той битве.
Не так серьёзно, как мне, но девушке пришлось пересаживать обе почки и чуть ли не по кусочкам сшивать разрубленный желудок… Да и в целом, ран на теле бывшей охотницы скопилось к моменту вылета из битвы предостаточно. Девушка до сих пор вынуждена вести весьма строгий режим и диету, что для той, как я слышал — та ещё мука. Любительница вкусно и сытно покушать по-настоящему страдает от необходимости питаться исключительно жидкой и безвкусной пищей.
Я с ней, кстати, уже встретился, пусть и не смог слишком долго пообщаться. Как бы мы оба не хотели обратного, но принимаемые девушкой лекарства несут с собой несколько довольно неприятных побочных эффектов, один из которых — убийственная сонливость, после приёма определённых настоек. Которые девушка выпила буквально за пару минут до того, как я «восстал из мертвых»… Просто не повезло.
Впрочем, я ещё в любом случае успею провести немало времени со всеми тремя своими красавицами. Всё же восстанавливаться мне придётся под их неотрывным присмотром, а то сейчас самому мне даже до туалета добраться было несколько проблематично.
— Не переживай на этот счёт… Завести детей мы ещё всегда успеем. Главное — все мы живы, а уж с остальным можно будет как-нибудь справимся. — Мягко заметила Шинобу. — К слову, мы обещали Реногоку, Танджиро и остальным, что позовём их к себе, как только ты выйдешь из комы… Как думаешь, нам стоит сдерживать это обещание, или пусть ещё пару недель побудут в неведении? — Тут же уточнила она.
— Думаю, нашим друзьям придётся её пару дней помучиться в ожиданиях… Не хочу я показываться перед ними в своём нынешнем состоянии. — Покачал головой, действительно не желая, чтобы другие видели меня прикованным к постели. — Хотя весточки им всё же отправь. Скажи, что я очнулся, но видеть пока что никого не желаю. Думаю, ребята всё поймут. — Горько улыбнулся, невольно вспоминая всех погибших товарищей.
Наставник, что первым встретил меня в этом мире и обучил собственному Дыханию, стилю боя, некоторому понятию чести охотника… Санеми, ставший мне, пожалуй, лучшим другом и идеальным товарищем… Да даже Гёмэй, с которым мы не особо ладили по целому ряду причин… Совсем свежие воспоминания всех этих смертей отдают тупой болью в сознании, добивая моё и без того не самое лучшее ментальное состояние.
Мне ещё нужно пережить и принять всё случившееся… Ну а до тех пор пересекаться с кем-то из товарищей или учеников я не хочу. Мне будет слишком тяжело смотреть в глаза того же Иноске, явись тот ко мне в данный момент. Да и с Зеницу, пожалуй, мне сейчас лучше не встречаться… Они будут лишь бередить ещё совсем свежие раны на душе, не облегчая моё общее состояние.
Благо, это понимали и мои жёны, не спеша никого подпускать ко мне, даже если кто-то и не сдерживал собственный энтузиазм, узнавая о моём выходе из комы и тут же срываясь в сторону нашего поместья… Так, весь следующей месяц я провёл в компании своих жён, потихоньку восстанавливаюсь от травм и успокаивая депрессивные мысли в голове. С чем отлично помогала поддержка любимых женщин, а также какие-никакие перспективы в дальнейшем восстановлении.