-Я не очень-то жажду подставлять своих воинов под магические заклятия, - заметил, наконец, князь.
-Это и не потребуется, - ровно отозвался Масато. - Войска королевы займутся этим, а вы нужны именно для сражений с обычными солдатами. Может, вас не устраивает плата?
-Нет, плата щедрая, - поднялся князь. - И я думаю, что мы договоримся. Я наслышан о Вас и вашем слове. Можно поинтересоваться, что Вас так заинтересовало за моим окном?
-Кто этот красавчик?
Димитрий встал рядом и посмотрел на плац. Там, напротив наставника, согнувшись в боевой стойке, стоял юноша, больше смахивающий на аристократа, только что покинувшего свои покои с бархатными подушками. Он пожал плечами:
-Один из солдат. У меня весьма разношерстная армия. Мало ли, кто попадается.
Юный герцог покачал головой:
-Красив до неприличия. И явно издалека. С такой светлой кожей наше солнце, наверное, кажется ему обжигающим.
Он отвернулся от окна:
-Так мы договорились?
-Аванс вперёд, - заметил князь.
-Естественно, - едва заметная улыбка скользнула по губам юноши. - Осталось только обговорить его размеры.
Флейм благодарно кивнул пожилой поварихе, которая с улыбкой наложила ему целую тарелку мясного рагу и выдала приличный ломоть хлеба. Почему-то на таких, как она, юноша производил благоприятное впечатление. Наверное, это еще благодаря его светлой коже и иноземному происхождению.
- Ах, сынок, ты слышал, кажется, князь скоро объявит, что вы отправляетесь на войну.
На кухне кроме еды можно было получить самые свежее сплетни.
- Кто-то нас нанял? - он постарался сделать самый заинтересованный вид, хотя прекрасно знал, кто нанял отряд князя. Иначе он не был бы здесь.
- Говорят, - женщина наклонилась к нему, обдав пряным запахом выпечки. - Что сегодня утром прибыл сын Первой Леди. Одна служанка сказала, что это точно он...
- Она, что знает его лично? - юноша не сдержал усмешки.
Повариха закивала головой:
- В том-то и дело, она в свое время служила в одном богатом доме, пока её не выкинули за то, что она чересчур любила подслушивать господские разговоры. Так вот, пару раз Первая Леди с сыном наведывалась к её хозяевам, как гостья.
Флейм медленно кивнул и почти беззаботно заметил:
- Ну, герцог так герцог, какая в конце концов разница. Главное, чтоб платили хорошо.
- Думаю, плата Вам понравится, молодой человек.
Флейм повернул голову в сторону постороннего голоса и нахально уставился на его обладателя:
- Я Вас не знаю. Но мне кажется, Вы не старше меня
-О, думаю, Вы правы, и я немного погорячился с обращением, - гость сел напротив юноши и обратился к кухарке. - Милая женщина, не угостите ли Вы меня тем же, чем и этого воина. Уж больно аппетитно выглядит.
Он был похож на огромную кошку. Черную хищницу лесов. Гладкие серебряные волосы были заплетены в тугую косу, украшенную вплетенными золотистыми нитями. Чуть раскосые зеленые глаза смотрели с любопытством с темного лица истинного лунарца. Одет он был богато, но со вкусом и как пристало воину, а не щёголю.
-Почему ты так на меня смотришь? - с едва заметной иронией поинтересовался он.
Флейм пожал плечами и заявил:
- Почему нет, не часто увидишь так близко высшего аристократа Серебряного Лунара. Да еще сына Первой Леди, Повелительницы Гроз и Молний.
Он поперхнулся и потрясенно уставился на солдата. Повариха замерла, с испугом схватившись за тарелки. Демон улыбнулся и вцепился зубами в кусок мяса, который никак не мог прожевать.
Масато тихо рассмеялся:
-Ты необычный солдат. Случайно, не Темная Империя - твоя родина?
Сын Повелителя Иллюзий пожал плечами:
- Об этом нетрудно догадаться.
- Что же ты забыл в войсках наемников, так далеко от дома?
Флейм усмехнулся:
- Герцог, Вы не понимаете, что творится на моей родине. Моя семья была слишком слабой, так что когда на нас напали наши соседи, я до сих пор не понимаю, каким образом смог удрать. Меня дома никто не ждет, потому что нет самого дома в принципе. У вас в Серебряном Лунаре намного спокойнее. А в Империи постоянно какие-то войны.
- Да, - задумчиво протянул Масато, - я наслышан о том, что творится в Империи. И неприятно удивлен некоторыми фактами. Как тебя зовут, солдат?
- Флейм, - демон чувствовал, что судьба широко и ясно улыбается ему.