— В ту ночь в “Красном Лотосе” многие обратили внимание на то, как князь обращается с тобой, — на опустевший барный стул рядом опустилась рыжеволосая женщина, ее бархатный голос обволакивал шелком. Карина поставила бокал на стойку и повернулась. Гибкое женское тело затянуто в черный плотный костюм, выгодно подчеркивающий изгибы тела, сверкающие зеленые глаза смотрят без сомнения – Аньес Корвин была совершенно сногсшибательна.
— Ты так и будешь за мной ходить, Аньес? — произнесла Карина, даже не ожидая ответа, ее голос звучал холодно. С того самого дня, как Дезсо приказал за ней следить, вампирша не отходила от нее ни на шаг, хоть и держала дистанцию, и угрозы Даррела ничего не изменили.
— Это не тебе решать, Карина, — ответила она, отрицательно качая головой, когда бармен, неожиданно решивший исключить эту область бара из своей зоны игнорирования, попытался что-то предложить. Тайт насупилась, в груди закипало раздражение. Стоило ожидать: ее поиски в клубах закончатся, когда поползут слухи, но она не рассчитывала, что это случится настолько быстро.
— Хочешь сказать, теперь все считают, что я его собственность? — спросила Карина. “Собственность” — звучало как оскорбление, клеймо, которое она не желала носить. Ни тогда, ни сейчас. Тайт судорожно размышляла: тратой времени теперь были эти патрули, если ни один вампир не станет говорить открыто. Ее взгляд скользил по толпе, пока не остановился, завидев знакомое лицо. — Какого черта.
Она выругалась, Аньес проследила за ее взглядом и спрятала ухмылку. Светлые, тщательно уложенные волосы, выглаженная рубашка вместо костюма, взгляд свысока. Это был Виктор, тот элегантный вампир из “Неоновой вены”. Тайт помнила его руки на своем теле, тяжелый перстень на пальце, который царапал ее кожу, когда мужчина слишком увлекался прикосновениями. Но теперь он несколько изменился… на пальцах не было перстня, который так ей запомнился, ведь правая кисть отсутствовала. Мужчина прятал обрубок правой руки, завернутый в шелковую ткань, за спиной.
— Тебя это так удивляет, — лениво прокомментировала Аньес, продолжая, едва Тайт вперилась в нее вопросительным взглядом. — Скажем так, теперь бассейн в “Красном Лотосе” красный не только от мрамора. Виктору впредь нужно быть предусмотрительнее, в тот вечер ему глобально не повезло, за это он и поплатился. Вот и другие вампиры усвоили простой урок.
Виктор наконец заметил такое пристальное внимание, он встретил взгляд Карины и кивнул в знак приветствия, но отвернулся почти сразу же, как только она кивнула в ответ.
— Какая дешевая попытка поддержать свой авторитет. Отрубать руку за прикосновения? — заявила Карина, не скрывая пренебрежения, ее голос звучал твердо, но разум судорожно бился в тисках находившего волнами страха. Все повторялось: что-то подсказывало, князь не отступится. — Может он еще на меня флаг с указателем принадлежности повесит?
— Что ты вообще знаешь о Дезсо Редее? — произнесла Аньес негромко, ее взгляд буквально говорил: “Ты вообще в курсе, с кем связалась?”. — Это не попытка поддержать авторитет, Тайт, это заявление прав. Я видела его в тот вечер, когда ты ушла, Карина. Флаг князь сделает из того, кто снова к тебе прикоснется.
Брошенные слова стали последней каплей ее терпения. Карина поднялась, окончательно принимая решение. Если он решил играть с ней, то она сделает следующий ход первой.
Черное платье облегало ее тело, пряча от чужих взглядов чувствительную кожу от горла до запястий, обнажая лишь бледную спину с россыпью родинок. “Моя звездная карта”, шептал Дезсо, касаясь губами каждой отметины еще тогда, когда Карина не видела, насколько он может быть жесток. Она прибыла на аэротакси из “Опиума” в “Красный Лотос” на предельно допустимой в городской черте скорости, нельзя было терять времени, любая случайная мысль могла ее развернуть, но Карина упорно шла к цели, пускай этот шаг и показался слишком рискованным. С высоко поднятой головой агент Тайт вошла в бордовый зал “Красного Лотоса” ближе к двум, если к этому времени “Опиум” полнился нетрезвыми посетителями: людьми вперемешку с нечистью, в “Лотосе” наблюдались исключительно вампиры. Аньес куда-то запропастилась, едва Тайт вошла в клуб, обитель князя по всей видимости являлась с точки зрения Корвин самым безопасным местом столицы.
Женщина сканировала взглядом зал, высматривая свою цель: в подсвеченным алым бассейне с кровавыми коктейлями расслаблялись посетители, женский томный вокал доносился с невысокой сцены с декорированными тяжелыми ламбрекенами, бармены с исключительной вампирской точностью обслуживали посетителей. И вот, в дальнем углу в зоне отдыха на невысоком подиуме, она наконец заметила знакомый силуэт – Дезсо Редей, облаченный в безупречный черный костюм, восседал на широкой бархатной софе, откинувшись на резную деревянную спинку. Он был занят разговором с каким-то вампиром, но выстрелил в нее своим цепким взглядом сразу же – едва она сделала уверенный шаг в его сторону. Губы князя изогнулись в легкой ухмылке, он небрежно отмахнулся от вампира, поставил хрустальный бокал на столик по правую руку и слегка склонил голову, неотрывно наблюдая за тем, как Карина приближается к нему. Чем ближе она подходила, тем сложнее было фокусироваться на лице вампира: полурасстегнутая черная рубашка открывала покрытую короткими темными волосами крепкую грудь.