— Ты не мерзавец, Дезсо, — прошептала Карина, ее голос был полон искренности, ее взгляд – любви. Очевидной любви, которую уже не было смысла скрывать.
— Да брось, дорогая, лесть тебе не идет, — он поморщился, хотя она прекрасно видела, как счастливо сверкнули его глаза.
— Лесть здесь не при чем. Разве может быть мерзавцем тот, кого я до сих пор люблю? — ее слова прозвучали как вызов, как вызов всему тому, что было между ними. Смогли ли они преодолеть все, что разделяло их раньше? А имело ли все это значение, если они были вместе вновь? Карина приподнялась. — Я люблю тебя, Дезсо, и пускай голой я не звучу слишком серьезно, но я действительно тебя люблю. И на этот раз без кинжалов… но как дело пойдёт, знаешь.
Князь усмехнулся, реагируя на ее искрометную шутку покачиванием головой, и по своей старой привычке одним махом опустошил бокал, что держал в руке.
— А я не люблю тебя, Карина, — прошептал он серьезно, устремляя на женщину бронзовый взгляд, ее сердце дрогнуло. — Это необходимость, это жажда, это желание оберегать, защищать, делать тебя счастливой, как это называется? Если просто любовь – то я сдаюсь, окончательно.
Его губы вновь коснулись ее губ, и в этот момент мир вокруг снова исчез. Остались только они двое, их любовь, их жаркая страсть, их пока не вечная, но прочная связь.
Эпилог
— И еще послушай: и в этом потоке безысходности – как будто сам город дышит, издавая вздохи задыхающегося, уставшего от насилия мегаполиса, где каждый вечер, казалось бы, становится предвестником нового дня, но лишь погружает в непрекращающуюся праздность фактически бесконечной ночи. Это город, который зовет и отталкивает, создает пространство между жизнью и смертью, надеждой и отчаянием – и каждый, кто переступит его порог, становится частью этого порочного круга. Итак, Новый Вавилон — это город без масок, где тьма и плоть переплетаются, а жизнь и смерть, любовь и ненависть сосуществуют в грандиозном танце на грани хаоса, — Илона заливисто рассмеялась и, кряхтя смахнула вниз длинную статью, которой казалось не будет конца. Они расположились у панорамных окон ее квартиры, в компании двух бутылок кьянти и голографического экрана, транслирующего новости.
“В эфир выходит экстренная новость из Нового Вавилона: благодаря неустанным усилиям сотрудников службы безопасности “Нексуса” удалось раскрыть шокирующие факты ужасной серии убийств новообращенных вампиров, связанных с корпорацией “Вечная жизнь”. Эти преступления потрясли всю страну и вызвали общественное возмущение.
В ходе расследования выяснилось, что в лабораториях корпорации проводились противозаконные эксперименты над вампирами, которые курировал сам Герман Спанхейм. По результатам расследования также Фирая Мондрагон – дива-триумвир – оказалась замешана в организации и спонсировании группы радикалов, которые, пытаясь расшатать обстановку между сверхъестественными расами столицы, убивали новообращенных корпорацией “Вечная жизнь” вампиров на протяжении прошедшего месяца, а также совершили вооруженное нападение на лаборатории корпорации. Оба триумвира сняты с должностей срочным указом Сената, расследование их преступлений продолжается.
На фоне этих событий в зале заседаний Сената Нового Вавилона состоялось торжественное вручение наград тем, кто внес весомый вклад в расследование данных преступлений. Сенаторы высоко оценили профессионализм и мужество сотрудников “Нексуса”, среди которых отдельно поощрены: майор Абрам Маракс, возглавляющий отдел по расследованию паранормальных преступлений “Нексуса”, а также лейтенант Даррел Хант, который также был награжден за проявленную храбрость и самоотверженность…”.
Карина опустила взгляд в бокал, погружаясь в красное вино, отливающее теплым бронзовым сиянием. Это сочетание не могло не вызвать очевидной ассоциации, что заставило ее губы растянуться в легкой, может даже чуть мечтательной улыбке.
— Да уж, — отозвалась Альбеску, делая очередной глоток из высокого бокала и отводя взгляд от голографического экрана, где Даррел, облаченный в белую форму, с гордостью принимал лейтенантские знаки отличия. — Представь, если бы нас туда потащили. В конце концов... терпеть не могу Белую Башню и Цитадель в целом. Сборище снобов. Так что ты молодец, что отказалась восстанавливаться после отстранения, в конце концов, когда бывший в начальниках – это хреново.