----------------
Асур — пренебрежительное обращение к вампирам, распространенное дэвами. Связано с теорией происхождения рас, где дэвы – божественная суть, символизирующая духовное, а асуры (вампиры) – демоническая, воплощающая низменные, животные пороки.
Глава 2. “Красный Лотос”
В игре выживания на Улице Запретов нет правил -- есть лишь
инстинкты и страсти.
приглашение на частную вечеринку в клубе “Красный Лотос”, Улица Запретов, НВ
Привыкшая к влажному спёртому воздуху окраин республики Карина Тайт непривычно часто дышала, хотя и должна была делать это втрое реже обычного. Ночи Нового Вавилона обволакивали мраком, перекрывая сияние луны толстым покрывалом городского смога и бликами искусственного света. Она остановилась перед первыми отблесками голографической вывески культового вампирского клуба “Неоновая вена”, известному среди всей городской нечисти. Воспоминания восьмилетней давности против воли нахлынули на неё роем всклокоченных образов и звуков, но она усилием заставила себя засунуть ностальгию подальше на задворки памяти.
После полуночи Улица Запретов гудела, словно гигантский, светящийся улей. Бордовый неон пронзал темноту, отражаясь в стеклянных фасадах небоскребов, и рисовал на асфальте причудливые узоры. Эта улица – граница между танцем реальности и воплощением любых порочных фантазий. Каждый поворот под рвущиеся из клубных стен ритмичные биты сулил очередное дикое приключение, а запреты привлекали любителей любых рискованных увлечений. На каждом углу пестрили таблоиды со строками объявлений о запретных удовольствиях, привлекающих как смельчаков, так и легких жертв. Полиция еще до отъезда Карины из столицы на многое закрывала глаза. По крайней мере до момента появления в ленте новостей очередного известия о пропаже человека или обнаружении в одном из многочисленных заведений запрещенного наркотического состава из дэвианской и вампирской крови вперемешку. Та еще зубодробительная дрянь. Спустя столько лет мало что изменилось, разве что виар-роботы патрулировали воздушное пространство, то и дело просвечивая улицы, реагируя вызовом патруля на любое проявление нежелательного насилия.
— О, какая куколка, покажи свои клыки, детка! — донеслось до Карины от мимо проходящей группы молодых мужчин. Едкий запах кальяна, смешавшийся с железом крови, раздражал обострившиеся сенсоры, и Тайт поморщилась, бросив на наглецов суровый взгляд, буквально говорящий: “Не лезь, загрызу”. Настаивать на знакомстве проходимцы не стали, всё-таки в существовании вампиром можно было найти свои преимущества.
Тайт обогнула болтающих девушек, застрявших у входа в клуб. Они пытались убедить в чем-то огромного чернокожего вампира, проявляющего недюжинное терпение при виде явно нетрезвых человеческих дам. Женщина остановилась у самых дверей, прикладывая смарт-браслет к электрической панели. “Неоновая вена” славилась уровнем безопасности в сравнении с остальными местными забегаловками. Двери приветственно распахнулись, и поток гипнотической и завораживающей мелодии уже в холле мгновенно подхватил гостью. Она шла неспешно прямиком в толпу, смешавшейся в гущу полуобнаженной двигающейся в такт музыки плоти. Кирпичные своды высоких стен украшали неоновые граффити, демонстрирующие сплетение обнаженных тел, а под старинными канделябрами, где должны были мерцать свечи, прожектора пульсирующим светом озаряли танцпол. В люминесцентных импульсах стробоскопов и возникающей на мгновения темноте вспыхивали алым мистические глаза, таким простым, но эффективным способом отличая бессмертных. Этажом выше, где располагались вип-зоны, монолитами замерев у каменных балюстрад стояли наблюдатели, контролирующие степень неистовства бурлящей энергией толпы.
Карина быстро нашла взглядом бар и склоненного над стойкой полуобнаженного бармена-альбиноса. Барную зону облепили почти со всех сторон, и Тайт пришлось прилипнуть к светящейся балке по правую сторону от группы подозрительных личностей, цепляющихся к моложавой женщине, скрывающей свежие укусы на тщательно замотанной в алый, шелковый шарф шее. Агент поманила бармена парой пальцев, внимательный взгляд альбиноса ощупал острые черты лица, спустился ниже к границам довольно открытого корсетного топа. Вероятно, только очередной импульс стробоскопа окончательно убедил его в сути новой посетительницы.