- Тут паренек весь ранен. – Говорит приятный женский голос. Она подошла. Красивая тетя. На вид демон с маленькими рожками и красными короткими волосами. Одета в красные доспехи. Молодая, лет двадцать не больше. Хотя по демонам не определишь. Могут жить вечно. Ну, впрочем, как и я на четверть эльф.
- Оставь его Эльза это деревенский пацан. Он второго уровня. Не трать на него время и зелья. Мы сделали дело. Теперь уходим. – Сказал грубый мужской голос.
- Нет, Заир я ему помогу. Видишь, какой красивый. Мужчиной станет, вовсе красавцем будет. – Она облила меня зельем восстановления и поцеловала в лоб, сказав. – Вырастешь, найди меня. – И спокойно ушла.
Лежал долго. Ведь очнувшись, наступила ночь. Рядом никого не было, только туша оленя и золотая монета. Наверное, они оставили. Но кто они были. Я не стал выяснять, взял тушу на плечо положил монету в подошву ботинка и побежал домой.
- Где ты шлялся малец. Я жрать хочу, а дома не крошки хрючела. – Сказал отец в жутком похмелье.
- Видишь на охоту ходил. Завтра налог платить надо. Вот поешь немного орехов и свари белок. – Я кинул на стол трех белок.- Мне надо тушу чистить. Шкуру отдадим. На месяц хватит. И шкур пожалуйста папа не порть я их соседке Елене отдам. Ей тоже тяжело.
- Молчать сопляк. Я батя твой. А ты учить меня вздумал. Я умнее тебя мелочь. Ты сопляк еще. Вот была бы жива мамка твоя, она бы тебя проучила. – Мама меня любила и не била. – Мамка твои. – После этих слов он сел на лавку и заплакал.
Я понял, что все бесполезно. Сварил на огне белок. Накормил отца. И сам стал чистить шкуру оленя. Ладно, хоть папа сегодня маму вспомнил. Не побил хоть. Ведь завтра мне опять в поле работать.
Утро. Как же приятно вистовать в четыре утра и идти работать в поле, после того как всю ночь чистил шкуру оленя. Но жаловаться я не привык. Поэтому до полудня обрабатывал землю. Мы сажали сахарную свеклу. Потом продавали местному графу. Он из нее сахар делает для принцев и знати. Нам платит копейки которые папа пропивает. Но и на том спасибо. Другой жизни я не знаю. Вот и убираю сорняки. В обед пошел домой. Надо отдать налог. Налоговик пришел вовремя тварь.
- Есть кто в доме? – Зачем он спрашивает если заходит без стука. Мерун налоговик графа Тулия. Волколюд с замашками бульдога. Любит должников собакам пускать. Но сегодня он этого не дождется сука.
- Добрый день мистер Мерун. Проходите садитесь. Чай будете? Самый лучший в городе. – Сказал я самым милым голосом. Он по слухам мальчиков любит. Поэтому когда с ним мягко говоришь своей тростью не бьет по лицу и спине.
- Нет. А папка твой где?
- Он в поле работает. Вы же знаете все для графа. Все за страну. – Папка спит на сеновале с бутылкой в обнимку.
- Вот и хорошо. Ты знаешь он раньше хорошим охотников был. Даже лучшим. Жаль что с мамой твоей такое произошло. – Не жаль ему. Вот как лыбиться гад вонючий. – Граф потом два дня не кормил Лиона. Наказывал палкой бил. Но не будем об этом. Ты налог подготовил?
- Да о красивейший Мерун. – Мне так мерзко стало от его улыбки, но делать нечего. Я положил на стол шкуру оленя. – Чистая и свежая. На два месяца налогов точно хватить, о красивейший из мужчин.
- Сейчас посмотрим. – Ему похвала понравилась, даже облизнулся немного. Мерзость. Он долго вертел шкуру потом сказал.- Ладно красавчик два месяца так два. Не могу я отказать таким синим глазкам. Пока малец. Подрасти немного. Может, у меня жить будешь. – Он забрал шкуру и ушел. Ну, хоть два месяца его не увижу и то хорошо. Надо батю к столу звать. Но сначала к соседке загляну. Шкуры отдать и чая попить с молоком и печеньями.
- Есть кто дома. – Стуча в калитку дома Елены сказал я.
- А мой сосед Ивор заходи мальчик мой.- Она открыла дверь и пустила к себе. У нее всегда было чисто и пахло печеньем. Не знаю. Но мне она очень нравилась. Жаль она не моя мама.
- Я принес вам шкурок зверей. И вот ягод немного, орехов и трав целебных. – Мы сидели за ее столом с чаем и печеньями с имбирем.
- Ой как хорошо. Мне они пригодиться. Налоговик пришел, денег стряс много, что я бы без тебя делала. – Она очень странно посмотрела на меня. Мне не понравилась. Она погладила меня по голове, но не как мама.