Но последняя буква, буква «Я» была написана не до конца, только до половины, словно правый край этой буквы кто-то стер канцелярской резинкой.
Нет, не стер…
Анна напрягла зрение и разглядела, что правый край надписи отогнулся.
Ну да, слово «Полиция» напечатано на полосе клейкой пленки, и самый край этой пленки отклеился…
Значит, это подделка…
Полицейский медленно шел к их машине.
Анна схватила водителя за плечо и крикнула:
– Уезжаем! Это не полиция!
Водитель скосил на нее глаза, но ничего не ответил.
Он вцепился руками в руль и нажал на педаль газа…
Машина еще не остановилась, и сейчас она взревела, как раненый бык, и рванулась вперед.
Человек в синей фуражке испуганно отскочил, выругался, что-то уронил.
Машина с Анной выполнила невероятный вираж, едва не перевернулась, какое-то дикое мгновение проехала на двух левых колесах и сумела обогнуть машину с маячком, вырвалась на свободную дорогу и помчалась прочь на дикой скорости.
Так они мчались несколько бесконечных минут, наконец водитель перевел дыхание, немного снизил скорость и выехал с набережной на поперечную улицу. Проехав оживленный перекресток, он покосился на Анну:
– Ты правду сказала, это не полиция. Это бандиты были. Если бы полиция – они бы за нами погнались и по всем постам передали бы приказ нас остановить. А мы пост проехали, и нам никто ничего не сказал. А как ты догадалась, что это не полиция?
– У них надпись на машине отклеилась. Самодельная надпись на клейкой пленке.
– Умная ты, однако! Наблюдательная и смелая. Хорошо, что я тебя подсадил…
– Ну вот, мы уже приехали!
Анна расплатилась с водителем, он еще сперва не хотел брать с нее деньги, но она буквально силой вложила их в его руку. Тогда он вытащил откуда-то картонную карточку, на которой был только номер телефона, и дал ее Анне.
– Мало ли какая нестандартная ситуация с тобой случиться может… тогда звони, я приеду…
Анна поскорее отвела глаза и вылезла из машины. А водитель тоже наблюдательный…
Оставшись на безлюдном тротуаре, она проводила машину внимательным взглядом, убедилась, что та скрылась за поворотом, и только тогда направилась к полуподвалу, в котором находился круглосуточный магазин.
Этот магазин имел удобную особенность.
У него было два входа – один выходил на ту улицу, куда подъехала Анна, другой – в соседний двор.
Анна спустилась по крутой лестнице, выщербленной сотнями ног, прошла через торговый зал. Около полусонной кассирши ошивался тихий алкаш, что-то ей впаривал с умным видом. Кассирша слушала его – от скуки, от нечего делать. Анна тихонько проскользнула мимо них и вышла на другую сторону.
Она оказалась в большом проходном дворе, прошла мимо детской площадки, мимо нескольких старых, полуразвалившихся гаражей и через дворовую арку вышла на соседнюю улицу, точнее, в тихий, безлюдный переулок.
То есть он и днем таким был, а сейчас, глубокой ночью, там было темно и тихо, как на кладбище. Ни одно окно не светилось, фонарь на углу горел вполсилы, и черная кошка перебежала дорогу, юркнув в подвальное окошко.
Не к добру…
Вот теперь Анна подошла к своему дому, точнее, к дому, где она уже некоторое время снимала квартиру.
Свою тайную квартиру, свою нору.
Здесь проходила вторая, тайная жизнь Анны.
Точнее, даже не Анны…
Но об этом опять-таки потом, все потом, сейчас она безумно устала и хотела если не выспаться, то хотя бы немного побыть в тишине и безопасности.
Она открыла дверь подъезда своим ключом, поднялась на третий этаж. На площадке второго этажа столкнулась с соседкой Верой Степановной. Та взглянула равнодушно, пробормотала:
– Здравствуй, Таня…
– Здрасте… – отозвалась Анна и подумала: что это соседка делает так поздно, куда идет?
Но ничего не спросила, спиной чувствуя внимательный, пристальный взгляд старухи.
Открыла дверь своей квартиры, вошла, торопливо заперла дверь и привалилась к ней спиной, перевела дыхание.
Здесь, в этой квартире, она чувствовала себя в относительной безопасности.
Здесь она была другим человеком, свободным и независимым.
Она с нетерпением ждала того времени, когда сможет навсегда стать этим человеком, сможет порвать с той, другой жизнью…
До сих пор она ставила себе временные рамки: вот Даше исполнится восемнадцать, и тогда с той жизнью будет покончено… покончено раз и навсегда…
До этого оставалось еще два года – но сегодня, после всего, что случилось, она поняла, что больше не может ждать.
Что нужно сбросить старую жизнь, как змея сбрасывает старую выцветшую кожу, и обновиться, стать другим человеком, зажить другой, настоящей жизнью…