- Для начала я хотел бы убедиться на сто процентов, что её нет у вас в квартире.
- Но как же это сделать?
- Давайте выбьем дверь. Я потом вам новый замок вставлю.
- Давай, что ли, так и сделаем.
- Тихо-тихо, - вмешалась в разговор Инесса, – горячие вы мои. Нет в этом необходимости. У меня есть телефон службы, которая открывает квартирные замки. И, вообще, только полтора часа прошло, а вы уже такую панику подняли.
Стоцкая кинула на свою подругу испепеляющий взгляд.
- Инесса, иди-ка ты домой. Неужели ты не понимаешь, что для спасения человеческой жизни иногда важна каждая минута.
- Ладно-ладно, я то что, - развела руками Инесса. - Выбивайте дверь, кто вам не даёт. А я посмотрю на вас дурней. Это поинтересней всякого сериала.
3.
Гена хорошенько налёг на дверь плечом, и та не смогла оказать ему должного сопротивления.
- Ломать, не строить, - прокомментировала Инесса.
Гена заглянул в зал, в кухню и в рабочий кабинет Дарьи Владимировны.
- Мобильник её ищите, - посоветовала Инесса. – Если мы его найдём, тогда нам станет понятно, почему она не отвечает на звонки.
Стоцкая посмотрела на холодильник. Сто долларов лежали там, где она их оставила.
- Я говорила, что её здесь не будет, - произнесла Инесса, выходя из спальни.
Дарья Владимировна открыла дверь ванной комнаты и тяжело вздохнула. Мобильный телефон Ленки тихо себе и мирно лежал на полочке перед зеркалом. Она уже хотела крикнуть, что нашла его, но в этот же момент зазвонил Генкин мобильный телефон. Стоцкая обернулась.
- Женька звонит, - прокомментировал муж Лены и нажал кнопку «ответить».
Вместо голоса сына в мобильнике раздался голос жены.
- Гена, я во второй больнице. Ты только не волнуйся. У Женьки живот схватило прямо на уроке. Мне со школы учитель истории позвонил. Сказал, что его на скорой забрали. Свой телефон я где-то от волнения посеяла. Наверное, у Дарьи Владимировны оставила.
- Что у него там? Серьёзное что?
- Аппендицит. Уже оперируют. Приезжай, пожалуйста.
- Скоро буду, - пообещал Гена и уставился на вырванный с мясом замок двери. – Часика так через полтора.
4.
Семнадцатого марта в четыре часа вечера после того, как навестила сына в больнице, Лена отправилась на квартиру Дарьи Владимировны.
- Как же ты нас всех напугала, - сказала ей Инесса, когда она зашла к ней за запасными ключами.
- Ну, уж извините, я не специально.
На кухне на столе лежала записка и под ней сто долларов. Те самые, которые Дарья Владимировна хотела дать на прошлой недели племяннице за работу, хотя и опасалась, что та их может не взять. «Лена», - писала Стоцкая в записке. – «Я очень прошу тебя, потрать эту денежку на Женьку. Купи всё, что ему необходимо».
Лена уже собиралась взять доллары, они бы ей точно сейчас не помешали. Но потом подумала, что придёт Дарья Владимировна, тогда она их и заберёт. А то, получается, увидела деньги и сразу схватила. Как-то некрасиво всё это будет выглядеть со стороны. Да и денег слишком много тётка ей даёт, а она у неё не миллионерша. Сама то на что потом будет жить?
Лена переоделась в старые потёртые джинсы и выцветшую блузку. В её планы на этот вечер входило ободрать обои в кабинете тётки. Должен был прийти Генка и помочь покрасить потолок «Снежкой». Она включила приёмник для настроения и принялась за работу. И не заметила, как быстро пробежало время. Когда, она заканчивала обдирать третью стенку, пришла Дарья Владимировна.
- Я так и знала, красавица, что ты не возьмёшь деньги, - раздался её голос из кухни.
- Их там очень много.
- Много не много, это не твоего ума дела, - пошла в атаку Дарья Владимировна. – Раз тётка тебе даёт, значит бери. Мне некого кроме тебя баловать. Да и не баловство это вовсе. Ты мне помогаешь, я тебе. Всё тут по честному.
- Огромное спасибо, тётя Даша, они мне на самом деле не помешают.
- Я вот сейчас на несколько минут загляну к Инесске. И, если приду, и деньги всё ещё будут лежать на столе, то я обижусь, так и знай. Порву их и выкину в мусорку.
- Тётя Даша, давайте без этих крайностей. Я обязательно заберу. Просто у меня руки грязные. Сядем чай пить, и я их сразу же в сумку спрячу. Главное, чтоб мой не увидел. А то у него быстро на них планы появятся.
- Смотри мне, ловлю на слове.
5.
Семнадцатого марта в двадцать минут шестого Гоголев со школьным рюкзаком на плечах вышел из дома. По дороге к восьмиэтажке, в которой жила Стоцкая, он ещё раз прикинул в голове свои действия.