Что же делать? Что?! Как нам спастись?
Бровкин загрузил свой мозг кучей вопросов. Но ни на один из них не нашёл стоящего ответа. Да и как его найти, если тебя безостановочно колотит и одна мысль от волнения резко сменяет другую?
Где же могут лежать деньги, которые ищут грабители? Первое, что пришло сразу на ум – это жестяная банка с надписью мука. Папа иногда доставал из неё доллары, например, когда Ромке порвали школьную сумку или когда мама заявила, что хочет купить себе золотые серёжки. Глава семьи никогда не скрывал от своих домочадцев, что хранит в этой банке деньги. Он верил, что никто не тронет их без спроса.
- Хорошо, - сказал себе Бровкин, - я скажу им про банку. Они найдут в ней деньги и что тогда? Дураку ж понятно. Они их заберут и нас с Павликом убьют.
Как только Рома подумал о брате, тот вскрикнул:
- Не надо, мне больно!
Бровкин от этого вскрика подорвался и сел. Зубы его впились в скотч. Ромка вновь попытался разгрызть его зубами. Этой липкой дряни было намотано так много, что ничего дельного из попытки освободиться не вышло. Он только ещё сильнее разодрал дёсны и губы, оставив следы крови на скотче.
- Больно, не надо! – завыл Павлик. – Не надо!
- Не трогай его, - завопил Бровкин и его голос сорвался. – Я прошу тебя, не трогай!
- Не надо! Не надо! – разревелся брат Ромки.
И тут же раздалась громкая пощёчина.
- Заткни пасть, говно малое!
Из глаз Ромки брызнули слёзы.
- Виталик, я тебя прошу, не трогай брата.
Гоголев вернулся в Ромкину комнату.
- Я сказал, думай! - рыкнул он на Бровкина и влупил ногой ему прямо в лоб. – Всё зависит только от тебя. Чем дольше ты будешь думать, тем всё будет хуже и хуже.
Рома очень больно ударился головой о пол. В ушах зазвенело. Гематома с переносицы расползлась на оба глаза, превратив их в узкие кроваво-синие щёлки.
- Когда, ты говоришь, приходят твои родители? – продолжил издеваться Виталик, наступив ногой на колено. – Вечером?
Рома стиснул зубы. В голове его пронеслась фраза, которую не так давно сказал в мобильник Гоголев: «Хорошо, батя, я всё понял. У нас есть ещё время до вечера».
- Виталик, умоляю тебя, отпусти нас. Мы же тебе плохого ничего не сделали.
- Отпущу, конечно, – улыбнулся Гоголев. – Что ты думаешь, я зверь? Вот только скажешь, где деньги лежат, и мы оставим вас в покое.
В комнату вошёл Дуля – здоровый пацан с огромными чёрными бровями и длинными патлами. Тот самый дурень, что влепил Ромке кулаком между глаз.
- Канистры бензина точно хватит?
- Хватит! – рявкнул Виталик. – Не ссы!
13.
- Надо искать в спальне родителей, - заявил слабым заплетающимся голосом Бровкин. – Только вот где точно, я не знаю.
У Ромки очень сильно болела и кружилась голова, перед глазами вспыхивали звёздочки – состояние было такое, что ударь его кто-нибудь ещё раз и этого будет достаточно, чтобы потерять сознание или, ещё чего хуже, отправиться на тот свет. Ко всем этим «мелким радостям» прибавилась ещё и тошнота.
- Зря ты так со мной, - тут же среагировал на заявление Гоголев. – Я с тобой по-хорошему, а ты из меня дурака делаешь.
- Неправда… это не так… я, честно, не знаю.
- Вот, как мы поступим. Если ты сейчас не родишь ясную мысль, я отрежу палец твоему брату и запихаю тебе в рот.
- Виталик… Виталик… успокойся, пожалуйста. Давай, я сам буду искать. Развяжи меня, я помогу найти.
- Мы сами найдём! Ты, главное, думай! У батьки твоего, наверное, есть где-то сейф?
- Нет… нет у нас никакого сейфа, - сказал Ромка, и глазки его забегали, он о чём-то задумался. - Это я точно знаю. Вы зря ищите то, чего нет.
- Видишь, ты уже начал думать, - похвалил Гоголев Бровкина.
- Развяжи и я помогу. Обещаю, со мной проблем не будет.
- Думай, я сказал! Хватит петь одну и туже песню.
- Надо поискать в шкафу, в родительской комнате.
- Там денег нет, я весь шкаф перерыл.
- В дипломате чёрном смотрел? В том, что на балконе стоит.
- Скажи мне, - усмехнулся Виталик, - какой дурак будет прятать деньги на балконе?
- Не спеши с выводами, - тут же возразил Рома. – Согласись, прятать надо там, где никто не будет искать.
- Но не на балконе. Это вопреки всякой логике. Дождь, сырость.
- А я бы проверил. Это много времени не займёт.
- На каком балконе? У вас их два.
- На кухне который.
- Молись, чтоб они там были, - сказал Гоголев и выскочил из комнаты.
14.