— А потом выйти через веранду, — неожиданно для самой себя сказала я.
— Именно. А его чрезмерная эмоциональность может быть и не такой искренней. Точнее, искренней, но вовсе не являться скорбью о дочери.
— Зато теперь мы знаем, что Жаклин не могла незаметно обогнуть дом и зайти на кухню с веранды, так как на крыльце все время стоял Том, — сказала я.
— А Том не мог зайти или выйти из кухни на веранду, потому что на веранде стояла Жаклин, — подытожила Вивьен.
— Мисс Эддерли, вы вообще кого-то конкретного подозреваете? — перевел тему Эванс.
— Если вы имеете в виду кого-то одного, то нет. Я подозреваю всех. Всех до единого. А вы разве нет?
— Я тоже придерживаюсь вашей тактики, но некоторые любопытные факты побуждают меня склоняться к определенным версиям, — объяснился Эванс.
— Полагаю, каждый допрос они меняются.
— Должен признать, это так.
— Хочу попросить всех вас как можно внимательнее вникать во все происходящее и по максимуму задействовать свои способности. Мы имеем дело с убийцей. Не с нечестным клерком, а с убийцей! Но самое опасное — это то, что одной смертью никогда не ограничивается. Важно успеть до того, как произойдет второе убийство. И именно этого я боюсь на данный момент больше всего.
— А что будет, если второе не произойдет? — сказал Эванс.
— Что будет? — задумалась Вивьен. — Будет очень хорошо!
Инспектор одобрительно кивнул.
— Мисс Фергюсон, что-то долго она не идет. Позовите Джулию, — сказал Мартин.
Глава 7
Своего супруга сменила миссис Миллер — женщина, строго державшая себя в рамках. Я бы даже сказала, олицетворение силы духа и сдержанности. Она остановилась в дверях и поздоровалась с нами. Никакого беспокойства она не проявляла, что меня очень удивило. Эванс жестом предложил ей сесть.
— Добрый день, миссис Миллер.
— Можно просто по имени, — холодно сказала она.
— Хорошо, Джулия, ваше полное имя.
— Джулия Софи Миллер.
— Сколько вам лет?
— Сорок.
— Начнем с того, когда вы в последний раз видели свою дочь.
— Перед тем, как вышла из кухни.
— Не могли бы рассказать подробнее?
— Да. Мы с Жаклин решили удалиться на кухню, чтобы пообщаться. Она хотела кое-что мне рассказать.
— Что именно?
Джулия Миллер удивилась этому вопросу. Ее брови поползли вверх.
— Джеки рассказывала о своем обучении. Она поведала о том, что в начале следующего учебного года хочет поступить на медицинский факультет в университет в центре Лондона.
«Так вот почему она так хорошо разбирается в психотропных веществах», — подумала я.
Мартин перевел взгляд на Вивьен. Полагаю, у него тоже возникла подобная мысль. Вивьен же просто еле заметно улыбнулась и пожала плечами.
— Продолжайте.
— Не успели мы пересечь порог кухни, как следом за нами зашла моя дочь. Она сказала, что хочет нарезать фрукты. Около десяти минут мы общались. После чего Жаклин сказала, что хочет выйти на веранду и полюбоваться садом, так как с ее последнего посещения нашего дома много что изменилось. Я решила отлучиться в уборную и вышла. Насколько я помню, когда я вышла, Жаклин еще находилась с Мишель.
Вивьен громко вздохнула.
— Что такое? Я что-то не так сказала? — спросила Джулия.
— Джулия, вы уверены, что вы с Жаклин выходили из кухни именно в такой последовательности? — спросил Мартин.
— Конечно, я прекрасно это помню. Можете спросить об этом у Жаклин.
— Мы уже спрашивали, она сказала то же самое, — сказала Вивьен.
— Тогда в чем загвоздка?
— Загвоздка в том, — вмешался Эванс, — что Вивьен и Анна, как вы знаете, в этот момент находились в гостиной и имели возможность наблюдать за вашими передвижениями. И они утверждают, что все было наоборот: сначала вышла Жаклин, а потом только вы.
Миссис Миллер изменилась в лице. Она нервно сглотнула. Нахмурила брови и начала мотать головой.
— Но я уже второй человек, который подтверждает, что сначала вышла я, а не Жаклин. Разве вам этого недостаточно?
— Хорошо, пусть будет так. Что нарезала Мишель? — не отрываясь от своих записей, сказала Вивьен.
— Апельсины, — с усмешкой проговорила она.
— На каком этапе была ваша дочь перед тем, как вы вышли?
— Не понимаю, к чему эти странные вопросы.
— Ответьте, пожалуйста.
— Все было нарезано.
Вивьен резко подняла голову и уставилась на миссис Миллер.
— Нарезано?.. — проговорила она настолько тихо, что, кажется, услышала это только я.
Инспектор Эванс, еще пару секунд не понимая смысл и цель этого смехотворного вопроса, просидел в недоумении, после чего продолжил.