Анния, склонила голову в знак извинения, искоса взглянув на ожидающих телохранителей.
- Ой, как интересно! Я за то, чтобы назвать его Центурионом! Будет забавное зрелище, когда эта компания начнет отдавать дань уважения такому тощему замухрышке ...
- Потерпите, малыши, мы почти пришли…
Фелиция и Анния поднимались на Авентинский Холм после закупок свежих продуктов, как только спала самая сильная дневная жара, обе женщины, как обычно, несли своих детей, в то время как пара стражников Котты шли перед ними, расчищая путь в многоязычном гвалте Авентина, еще двое следовали сзади, чтобы пресечь любые попытки ограбления. С сумкой, полной свежих продуктов для ужина, они медленно шли обратно по склону, туда, где их ждал дом, охраняемый еще двумя ветеранами.
- Вы уверены, что не хотите отдать мне ребенка, чтобы понести его вместо вас, госпожа?
Фелиция улыбнулась и покачала головой ближайшему из своих охранников, перекладывая спящего Аппия с одной руки в другую.
- Спасибо, но он спит. Ведь скоро мы доберемся до ... моего дома ....
Анния тихо рассмеялась у нее за спиной, держа своего собственного ребенка под подбородком, туго привязав к телу куском ткани.
- Мой дом! Ты никогда не думала, что снова произнесешь такие слова, не так ли?
Ее подруга остановилась и посмотрела на холм, едва различив крышу дома своего отца над стенами домов, выстроившихся вдоль дороги.
- Нет. И теперь, когда я говорю это, у меня не очень приятное ощущение во рту. Мне даже не верится…
Анния обняла ее за плечи, покачав головой телохранителям, которые собрались вокруг них с лицами, красноречиво говорившими об их профессиональной озабоченности.
- Вы лучше сосредоточьтесь на том, чтобы нас не ограбили, а я присмотрю за госпожой.
Она обняла свою подругу, неловко зажав между собой двух спящих детей.
- Теперь ты просто послушай меня. Ты умная, образованная и добилась успеха в профессии, с которой даже многие мужчины не справляются. Твой отец был бы более чем горд тем, как ты справилась со всем этим после его смерти, и вернуть этот дом - это самое меньшее, что ты заслуживаешь. Ты слышала, что сказал Эксцингус, предыдущие жильцы дома не пострадали, а просто куда-то съехали , и давай посмотрим правде в глаза, какое ему дело, интересоваться судьбой родственников твоего прежнего мужа. Так что давай просто...-
Она замолчала, глядя вниз, чтобы посмотреть, что это постукивает ее по ноге.
- Вот вам и телохранители, а? Вы даже маленькой собачке не можете помешать добраться до нас! Посмотрите на нее!
Собачка размером не больше крупной кошки воспользовалась их задержкой, чтобы появиться из боковой аллеи, где она отдыхала от солнца, привлеченная запахом свежего мяса, из их сумок, и с надеждой погладила лапой ногу Аннии. Четверо бывших солдат повернулись, чтобы посмотреть на нее, самый старший из них шагнул вперед и наклонился, растопырив пальцы, приготовившись взять животное за загривок.
- Подожди!
Он прекратил движение и посмотрел на Фелицию, чья команда, пусть и произнесенная мягко, была достаточно строгой по тону, чтобы он на мгновение застыл на месте.
- Домина?
Она присела на колени, чтобы погладить собачонку по шее. Животное подпрыгнуло на двух лапах, положив передние лапы ей на бедро, и потянулось, чтобы лизнуть кончик ее носа.
- Какой милый малыш . Она кивнула телохранителю. - Подними его, пожалуйста, но осторожно. Бедное маленькое существо выглядит почти истощенным от голода, у него видны все ребра. Давай возьмем его с собой , и отнесем домой.
Солдат сделал, как его попросили, держа животное подальше от себя с очевидным ожиданием того, что оно вскоре поймет, что ему нужно помочиться.
- Вы уверены, госпожа? Эти уличные собаки хорошо известны тем, что приносят болезни, и, когда вы поворачиваетесь к ним спиной, они просто воруют еду и кусают детей. Что, если у него бешенство?
Его попытка убедить Фелицию в здравом смысле сошла на нет, когда он увидел, что она покачала головой в совершенно недвусмысленной манере, которую он усвоил, за то короткое время, когда стал одним из ее телохранителей.
- Бешенство? - Она положила палец под подбородок собаки и наклонила ее голову, с улыбкой глядя в настороженные глаза. – Я не вижу у него бешенства, просто смышленый малыш, которому не хватает немного еды. Заберем его с собой, и накормим, посмотрим, сможем ли он насытиться.
- Все эти годы я распевал маршевые песни о тавернах со спальнями наверху полных девок, и мне с трудом верится, что я действительно сижу в одной из них.
Марк тихо рассмеялся над словами своего друга, вопросительно приподняв бровь.
- А не хочешь ли ты подняться наверх?
Дубн бросил взгляд через комнату на троицу проституток, которые все еще дулись у дальней стены.
- Одна слишком старая, одна слишком молода, а третья слишком худая для мужчины с моими вкусами. И, кроме того ...- Он доверительно наклонился вперед, чтобы шепнуть своему собрату-офицеру. - Мне никогда не было легко воздавать должное женщине, которой мне приходилось платить , - Он посмотрел на свою промежность с многозначительным выражением лица. – и, в конце концов, мне вряд ли это нужно сейчас ...
Один из недавно обученных солдат Кадира медленно прошел мимо таверны и встретился взглядом с центурионами, занявшими свои места у окна, кивнув головой назад, туда, откуда он пришел, вверх по длинному склону холма, где на фиолетовом фоне сумерек вырисовывалась величественная громада преторианской крепости. Четверо мужчин отвернулись и сосредоточились на расставленных перед ними тарелках с едой. Некоторое время спустя мужчина, которого они ждали, прошел мимо них и завернул в таверну, перекинув плащ через плечо, достал монету из кошелька на поясе и бросил ее на стойку с видом человека, давно знакомого с этим заведением. Оба гвардейца, все еще одетых в свою форму, следовавших за ним вниз по холму, стояли в ожидании у дверей таверны с выражением усталой скуки на лицах. Отмахнувшись от обычных выражений учтивости и почтения которыми его приветствовал владелец таверны, преторианец любезно принял небольшой кубок с вином, из которого сделал небольшой глоток, и серьезно кивнув в знак признания хорошего урожая. Одетый в красную свободную от службы тунику преторианского офицера, с полированной виноградной палкой в одной руке и ножом, свисающим с блестящего кожаного пояса, его густые волосы и борода были аккуратно подстрижены в явном расхождение с имперской модой на длинные вьющиеся волосы на бороде. Его голос был достаточно громким, чтобы его можно было расслышать сквозь гул разговоров других клиентов, и проститутки посмотрели на него с едва скрываемой скукой.
- Опять тушеная чечевица? Хорошо, я возьму полный котелок и немного хлеба. И то же самое для моих людей .
Дорсо прислонился к стойке с видом человека, отдыхающего после долгого дня, его взгляд скользил по посетителям таверны без каких-либо видимых признаков интереса, и Марк старался не встречаться с ним взглядом. После недолгого отсутствия хозяин вручил ожидавшим солдатам три маленьких горшочка с едой и сверток с хлебом, завернутый в грубую ткань, поклонился, поблагодарив уважаемого офицера за покупку, и проводил его до двери. Марк доел ложкой последний кусочек своей трапезы и потянулся за плащом, в котором был спрятан нож, подождав, пока Дубн выберется со своего места у окна. Пока Котта разделывался с начатым кувшином с вином, Кадир бросил взгляд на Марка с профессиональной озабоченностью, положив руки на стол в универсальном жесте, призывающем к спокойствию.
- Держись от него подальше до последнего момента. Мне не понравился его взгляд. Было бы обидно, если он испугается в последний момент. Просто помните, что я сказал.
Марк кивнул.
- Мы просто идем на вечернюю прогулку, приятную и непринужденную.
Хамийанец отмахнулся рукой от двух мужчин, и, выйдя на улицу, они обнаружили солдата Саратоса, прислонившегося к дальней стене и устремившего взгляд куда-то вниз по холму. Они двинулись вслед за Дорсо легким шагом, не упустить из вида преторианца было проще, благодаря ярко-красному цвету его тонко сотканного плаща и двум солдатам, шагавшим прямо за ним. Примерно через сотню шагов он свернул налево с главной улицы в узкий боковой переулок, который под углом сбегал вниз по холму, и Дубн на мгновение замедлил шаг.
- Давайте не будем нырять в переулок слишком быстро, иначе он может услышать нас у себя за спиной.
Марк кивнул, доставая из-под плаща нож. Выйдя из тени переулка, они увидели преторианца шагах в тридцати или около того впереди себя со своими людьми по обе стороны, все трое склонились над человеком, одетым в лохмотья, который сидел на корточках у тяжелой деревянной двери. Его мощный голос донесся до двух мужчин, когда они бесшумно подошли к небольшой группе сзади.
- Бывший солдат, не так ли? О, нижние боги! Как от тебя воняет! - Он порылся в кошельке, вытаскивая монету. – Вот, возьми денарий, и сходи, помойся в ближайшей бане…
Марк и Дубн быстро и бесшумно преодолели расстояние между ними в своих ботинках на кожаной подошве, Громкий голос Дорсо заглушал слабый скрип их швов. Преторианцы так и не увидели, чем ударили их, когда им нанесли удар. Дубн повалил своего противника на землю ударом молотка со свинцовым сердечником, спрятанным у него в рукаве, так, что солдат, скорее всего, был уже мертв до того, как упал на булыжники, а Марк свалил второго, ударив лезвием ножа в горле, отбросив его, брыкающего кровью и задыхающегося, на дорогу, затем приставил острие ножа к горлу Дорсо с рычанием едва сдерживаемого гнева.