- Господи, велика сила твоя! - прошептал мичман-атеист, крестясь первый раз в жизни.
Начальник контрразведки Севастополя полковник Николай Соболев положил трубку после разговора с мичманом, взвод которого охранял въезд в морской порт. Он сидел в своем кабинете и курил. Курил до одурения, до потери сознания. Пепельница заполнилась окурками еще вчера. Телефон звонил не переставая. Полковник смотрел на портрет Человека без лица. Прямо перед ним стояла полупустая бутылка водки. Под столом валялось еще несколько бутылок. Соболев взял стакан, наполнил его до краев и выпил. Алкоголь напрочь отказывался брать бывалого контрразведчика. Водка вливалась как вода, лишь на полчаса затуманив сознание офицера.
- Вот скажи мне, - Соболев говорил с портретом уже третьи сутки. - На какой хер все это? Ведь жили мирно, спокойно, благородно. Да, не без воровства, хамства, разврата, подхалимства и пьянства, но все же жили! Чего тебе не хватало? Бабы - вот тебе баба, денег - вот тебе деньги, власти - да на, хоть подавись этой властью! А теперь что? Брат пошел на брата, сын на отца! Куда это годиться?
Полковник достал из сейфа табельный пистолет «ТТ».
- Эх, сукин ты сын!
подносит ствол к виску, нажимает курок. Выстрел разбрызгал его мозги по стене, половина портрета Человека без лица обагрилась новой кровью.Капитан парохода «Святая Ольга» Казимир Карлович Немо (матросы так и звали его - капитан Немо) еще утром получил радиограмму о катастрофе частного самолета, на котором летел его босс. Три дня назад пароход пришвартовался по порту Севастополя. Это был запасной вариант босса, на случай, если им не дадут вылететь из Москвы. После получения информации, Казимир Карлович отключил на пароходе все средства связи, дабы не позволить панике распространиться среди личного состава и офицеров. Сначала он принял решение немедленно уходить в Стамбул, но черт дернул капитана послушаться одного человека, которого он встретил вчера в портовой таверне. Это был уже известный нам папаша Дэйв, жизнь которого оборвется через несколько дней после убийства морского офицера Ричарда Кроуфорда.
- Вот смотри, Казимир, - из-за заячьей губы папаша Дэйв говорил гнусавым неприятным голосом. - Ну уедешь ты в свой сраный Стамбул. В лучшем случае продашь пароход грекам, которые обдерут тебя как липку, а в худшем отдашь судно пограничникам. Они-то уж непременно захотят поживиться на халяву.
- И что ты предлагаешь? - спросил Казимир, изрядно захмелевший.
- План прост, но прибылен! Смотри, ты видел сколько толстосумов сейчас осело в городе?
- Да, все бегут из Питера и Москвы.
- Я пущу слух, что ты готов отвезти их в Стамбул, или Марсель, за сто кусков зелени с каждого.
- Не дороговато ли?
Папаша Дэйв даже поперхнулся.
- Прости миллион - дадут, проси два- на тарелочке с голубой каемочкой принесут и еще ножкой шаркнут!
- Ты прав!
- Так вот, они заплатят деньги, ты набьешь свою посудину до отказала, выедешь в море, а я со своими верными ребятами подкараулю вас у мыса. Вот там-то мы и снимем все сливки. Представляешь, Казимир, сколько денег у них в чемоданах? Сколько золотишка и брюликов? За три жизни не потратишь, клянусь бородой капитана Флинта, якорь мне в зад! Что скажешь, Немо?
Казимир задумался: предложение папаши Дэйва было более, чем заманчивым. Пиратство последние годы процветало в водах Черного моря. В прошлом Казимир был тоже знатным пиратом. Но вскоре решил уйти на покой. Вот тогда-то его и заприметил босс с «Розы Нефти». Он предложил Немо хорошие деньги за то, чтобы он возглавил экипаж парохода «Княгиня Ольга».
- Решайся, старина! - папаше Дэйв хлопнул своей гигантской пятерней по спине капитана.
- Хорошо, только делим все по-честному, хорошо?
- Йохо! - рыкнул здоровяк и налил еще темного пива.
Мичман махнул рукой - пулеметы немедленно затихли. Площадь перед входом в порт опустела. Повалил густой снег, тут же окрашиваясь в пурпурный цвет человеческой крови. Снова зазвонил телефон.
- Алло, - офицер снял правую перчатку, чтобы пальцы могли нажимать кнопки.
- Алло, мичман, снимай пост, пароход через минуту отчалит, - голос полковника Соболева показался офицеру обреченным (затем полковник осушил стакан с водкой, поговорил с портретом Человека без лица и выстрелил себе в голову).
- Слушаюсь, господин полковник, - сказал мичман. - Снять оцепление!
Матросы убрали пулеметы. Оставшиеся в живых ринулись к пароходу, но тот, издав протяжный гудок, отчалил от пирса...
В город входили передовые части революционной армии под командованием генерала Хихикающего Хирурга.