Инспектор Фу, прижав рукопись к груди, злобно глядел на вошедших. С его зубов на пол стекала липкая слюна.
- Ваша песенка спета, агент Фу, - проговорил Джон Солбери, подходя к Фу. - Задание - провалено, вы раскрыты!
Господин Солбери обвел всех присутствующих победоносным взглядом:
- Хотя, братья, агент Фу - лишь еще одна маска на лице международного шпиона экстра-класса! Его имя Джон Смит! Он несколько лет подряд работал дворецким в доме сэра Джейкоба Лоуренса, чтобы отвести от себя все подозрения в организации преступного сообщества контрабандистов литературных произведений из Зоны Картера. На какое-то время ему это удалось. Но наша контрразведка не зря ест свой хлеб, товарищи! Верно, гражданин Шумский?
Он силой вырвал рукопись из рук поверженного агента и отдал ее Сиду.
- Спрячьте ее в моей персональной ячейке в Аду, - прошептал Джон, склонив голову. - А этого - на гильотину!
Под утро из дома крановщика Петра Суворова вышли четверо человек. Первым шел дворецкий Джон Смит в наручниках. Справа и слева от него - Сид Шумский и Хихикающий Хирург. Последним процессию замыкал Джон Солбери. Он держал в руках рукопись и декламировал на ходу: «Скоро рассвет, скоро взойдет новая звезда на утреннем небосклоне творческой свободы! И эта звезда будет светить всем нам, кто не побоялся бросить вызов этому прогнившему насквозь миру!»
Книга вторая:
«Жорж Великанов, история болезни».
Мы часто видим то, что скрыто в темноте
Под покрывалом ночи,
Судьбу свою вверяя,
Извечному врагу, ползучей твари бестелесной,
Хромому старику с клюкой,
Что шепчет в тишине слова, потом он засыпает
И более не помнит ничего
Наутро.
Лишь шорох крыльев, что будят Зверя
По ночам мы слышим, образу его внимая.
Но девушка, чей лик прекрасен даже в Мартовские Иды,
Ногой на хладный мрамор наступает, чтоб не сорваться вниз,
Ее рука скользит, в глазах мерцают слезы,
А ветер треплет волосы... вдруг отпускает руки,
Летит к земле, улыбкою своей давая насладиться
Всем обитателям высотки.
Но смерть ее начало новой жизни даст,
Хранителю, и всем, кто к близок был
К судье заката сумерек Богов...
Сергей Леонтьевич смотрел телевизор, попивая самогон из чайной полулитровой кружки, закусывая солеными грибами и другой снедью. Перед его глазами мелькали странные кадры, всем своим видом лишенные любого человеческого смысла и элементарной логики: на площади, которая больше напоминала унылую автомобильную парковку собралась толпа людей в разноцветных одеждах. Между ними мелькали проворные торговцы сладостями и пряными сосисками на роликовых коньках. Несколько больших внедорожников частично перегораживали вид оператору, но Сергей Леонтьевич все-таки разглядел понурую фигуру мужчины в черном плаще, стоящего на коленях. Зритель не видел лица человека, вокруг все казалось обыденным и рядовым. Если бы не гигант с длинной гофрированной персидской бородой в обтягивающем его продолговатый член алом латексе с кривым мечом в руках. Он долго, с видом знатока продавца овощей на рынке в Мекке, прохаживался вокруг да около, пока внезапно не занес свой острый клинок и не отрубил голову бедняги в черном плаще! Сука! А люди вокруг продолжали жрать свои свиные котлеты, пить водку из пластиковых стаканчиков, убираться портвейном, смаковать петушков на палочке, откусывать приличные куски черепашьего мяса, пускать слюни, рассуждать о месте мочи и фекалий их досточтимого племенного шамана, просто пиздеть, обсуждая ширину задницы принцессы, или прыщей на роже уродливой жены местного князя. Кто-то кричал, что на все воля бога, кто-то молился, обсыкая свои колени, трое дюжих дебилов в военной форме горчичного цвет и черных беретах стали пинать тяжелыми армейскими ботинками только что отрубленную голову под одобрительные вопли толпы. Потом появилась нахальная морда ведущего с нестриженной рыжей бородой, ниспадающей на его могучую грудь. Он принялся взахлеб рассказывать о милости, которую даровал их местный шаман в отношении бедняги, обезглавленного минутой раньше перед глазами миллионов телезрителей. Сергей Леонтьевич смачно плюнул прямо на экран. Слюна медленно стекла вниз, попав в почти полное до краев жестяное ведро.
- Пидарасы! Конченные пидарасы!
Сергей Леонтьевич взял телефон и набрал номер наугад.
- Алло, я вас слушаю, - усталый голос самки, измученной обильными месячными, еще сильнее возмутил мужчину.
- Когда вы, блядь, наконец перестанете показывать эту хуйню?!