- Простите, я вас не понимаю, - самка испуганно передернула ягодницами. - Вы куда звоните?
- Я, блядь, звоню в Башню Лжи, - ревел Сергей Леонтьевич, натягивая до колен старые штопаные гетры для занятий аэробикой, которые ему достались в наследство от его покойной жены - гомосексуалиста-революционера - Жадного Кассира. - Вы какого хуя, третий день подряд показываете...
- Простите, но это не Башня Лжи, - самка понюхала себя между ног, поморщила носик и ответила. - Вы набрали неверный номер.
Короткие гудки заставили Сергея Леонтьевича сделать большой глоток самогона. Бутыль упала на видавший виды грязный ковер, на котором с трудом угадывался орнамент падения Карфагена в момент его взятия венгерским генералом Ричардом Вагнером. На скамейке, служившей Сергею Леонтьевичу импровизированным столом, стояла сковорода с холодной яичницей. Она была пожарена три года назад, но до сих пор не потеряла своего чудесного аромата и необычайного вкуса. Желтки уже давно съели черви, тоже самое случилось и с белками, да и сами черви давно умерли от голода, образовав на сковороде импровизированное кладбище с крестами, тремя минаретами и большой синагогой с голубой крышей. Рядом стояла алюминиевая тарелка с салатом, стакан молока, треснутое блюдце с вареньем из шишек из задницы пастуха баранов - Али, которое Сергей Леонтьевич купил по случаю два года назад во время своей поездки к Черному морю, половина свиного окорока, с автографом графа Бестужева-Рюмина и полпачки овсяного печенья - «Улыбка Джоконды - ч.8».
Сергей Леонтьевич поднял бутыль, понюхал собственные грязные пальцы, и снова уставился на голубой экран. Розовощекий журналист в какой-то странной шапке на голове в виде белой простыни, перетянутой резинкой от гондона, держал в руке отрубленную голову и с упоением рассказывал о гуманистических воззрениях городского шамана: «Как мы все успели заметить, достопочтенный господин, - журналист замялся, стараясь вспомнить имя шамана в наркотическом угаре - ему это не удалось, и хитрец решил слукавить, обозначив оного колдуна формулой - 4+4=женская фигура в виде виолончели. - Не успели сегодня прийти в молельный дом, чтобы почтить память собаки, умершей на руках достопочтенного господина 4+4=женская фигура в виде виолончели. За что советом бородатых гондонов был признан виновным и приговорен к смертной казни. Хочется задать вопрос палачу, которому посчастливилось осуществить справедливое возмездие в отношении преступника. Скажите, приходилось ли вам казнить своих друзей?
Великан с бородой в алом латексе застенчиво переложил свой маленький член из правой штанины в левую.
- Да, неделю назад я отрубил голову своему однокласснику за то, что он осмелился утверждать, что женщина - это теплокровное существо с двумя руками, двумя ногами, головой, туловищем и внутренними органами.
- Это же страшное богохульство, - возмутился журналист, выбрасывая голову здоровенной псине, которая тут же принялась ее обгладывать. - Как говорил великий ученый Николай Коперниг, сын Абу Свиное рыло - женщина - белесая самка летучей мыши с лицом в виде жопы. И совсем недавно нашим ученым удалось доказать правоту слов древнего мыслителя.
Репортаж закончился кадрами молитвы в главном храме автомобильной парковки имени святого фурункула на коленке жены Хаджи Насреддина.
В дверь раздался стук. Сергей Леонтьевич лениво уставился в сторону платяного шкафа - стук не прекращался.
- Кто там?
- Это я, Жорж Великанов, ваш сосед.
Сергей Леонтьевич удивился такому повороту. Жорж Великанов был славным парнем. Он занимал небольшую комнату в коммуналке. Но ровно год назад Жорж проснулся рано утром и почувствовал себя нехорошо: сказывалось вчерашнее алкогольное обильное возлияние с Сергеем Леонтьевичем. Ничего не предвещало начала странных, загадочных и порой пугающих событий, произошедших ровно через двести лет после победы революции под предводительством Джона Солбери и Сида Шумского. Жорж проковылял на кухню - сосед уже колдовал у своего примуса, напевая древнюю песенку одного забытого трансвестита:
«Я иду такая вся....»
Сергей Леонтьевич не знал, какие слова следуют за словом «вся», и каждый раз добавлял новые: «с ножкой дивана, внутри барабана», иногда он просто мычал нечленораздельные звуки, сопрягая их громким пердежом.
- А, Жорж, ты проснулся, - сосед встретил парня дружеским поцелуем в губы. - Постой, да на тебе лица нет, что, похмелье?
- Да есть немного, - парень отрыгнул в сторону. - Мутит что-то.
Сергей Леонтьевич достал из кармана смятую трешку.
- Сходи-ка в гастроном, купи полкило журналов «Наука и религия» за 1974 год, если не будет, тогда третий номер «Огонька» за 1986 год. Должно помочь.