Отовсюду слышались праздничные колокольные перезвоны, приглашающие прихожан на рождественские мессы. Дети гурьбой останавливаются прямо перед прохожими, распевая своими тонкими голосами веселые песенки. Статные джентльмены обязательно лезли в свои кошельки и протягивали мелкие монетки маленьким певцам.
Здесь же, неподалеку гремела развеселая музыка. У Оскара от счастья горели глаза. То тут, то там взрывались китайские хлопушки и горели бенгальские огни. Это передвижной цирк-шапито со странным названием «Полка с чудесами» заманивал юных любителей повеселиться в свои владения, искрясь яркими огнями цветных лампочек.
- Нам туда, сынок, - сказал Павел, указывая в узкий проулок, где он вчера заметил магазин, в витрине которого стояло несколько елок по сносной цене.
В больших картонных коробках лежали сверкающие шары, стеклянные шишки, конфетти, хлопушки, цветные сахарные леденцы, елочные гирлянды, фрукты из воска и много-много всякой всячины.
Магазин освещал большой фонарь в виде головы какого-то китайца с большими выпирающими передними зубами* (*По всей видимости, это был портрет мистера Ли). На двери еловый венок, обвитый яркой красно-белой лентой, источал такой аромат хвои, что его можно было почувствовать за полмили! Оскар испуганно глазел на чудную голову китайца с красными выпученными глазами, длинным крючковатым носом, тонкой черной бородкой и длинными, острыми, приподнятыми к щекам усами. Изо рта куклы свисал длинный тонкий язык, за который так и хотелось дернуть! На вывеске было написано: «Магазин удивительных подарков Ганса Траппа».
Павел толкнул дверь. Оскар не услышал привычного звука колокольчика. Зато до ушей отца и сына долетела незнакомая мелодия заезженной патефонной пластинки. Оказавшись внутри, мальчуган раскрыл от удивления рот.
- Вот это да! - прошептал он.
Павел был согласен с сыном на все сто процентов. Внутри магазинчик не казался таким уж маленьким, как снаружи. Он, словно анаконда расширялся и вправо, и влево, превратившись в просторный зал, с пола до потолка уставленный полками и стеллажами из самых дорогих пород красного дерева. А на полках! Чего там только не было!
- Сколько игрушек! - почти в один голос сказали отец и сын.
Их удивлению не было предела! Сотни плюшевых мишек, тысячи оловянных солдатиков, барабаны, игрушечные ружья, трехколёсные велосипеды, лошадки, воздушные шары, клоуны, резиновые крокодилы и толстые бегемоты, трехэтажные ряды разноцветных коробок с детскими железными дорогами всех мастей, гоночные автомобили, мячи, костюмы всех сказочных героев от Питера Пена - до Рапунцель, шутихи, фейерверки, фонарики, маски страшные и ужасно смешные - все это освещалось тысячами маленьких (Оскар никогда не видел таких красивых лампочек) гирлянд, которые переливались, играя всеми цветами радуги. Под потолком, скорее всего, на тонких веревочках летали самолеты и дирижабли. Искусственные облака (наверное, из ваты), подкрашенные снизу серой краской, и подсвеченные изнутри электричеством, очень натурально изображали грозовые тучи.
- Добро пожаловать в магазин удивительных подарков!
Голос продавца, или хозяина магазина - Оскар пока еще не понял, раздался откуда-то сзади. Павел мог поклясться, что еще мгновение назад за его спиной никого не было! Они оглянулись и увидели высокого худощавого мужчину исключительно странной наружности. Первое, что бросалось в глаза это костюм незнакомца. Если сказать, что он был ярким - ничего не сказать. Все - пиджак, жилетка, узкие брюки переливались всеми цветами радуги. Несмотря на полумрак магазина, глаза быстро уставали смотреть на этот фейерверк красок и оттенков. Преобладали красный, оранжевый, лиловый, бирюзовый, зеленый и синий цвета. Складывалось впечатление, что безумный портной сшил костюм из тысяч разноцветных осколков весенней радуги. Кстати, тоже самое касалось и котелка на голове хозяина (а это был именно владелец чудесного магазина) - всполохи лилового, желтого и алого образовывали «пылающий» костер на макушке странного джентльмена. В ленте на котелке торчало ярко-желтое перо попугая. Три пуговицы на пиджаке, и по две на рукавах искусный мастер сделал из изумрудов поразительной чистоты и размера. В правом глазу поблескивал монокль на тонкой золотой цепочке, закрепленной в специальном кармашке на жилетке. Цветастая бабочка гармонировала с абсолютно невообразимой рубашкой, главным орнаментом которой выступали червовые тузы! Туфли джентльмена из крокодиловой кожи, с вздернутыми вверх носками, могли стать предметом зависти любого лондонского Денди. Трость, на которую опирался джентльмен, заслуживала особого внимания: тонкое лезвие черного дерева, с острым серебряным наконечником и рукояткой в форме панциря большой виноградной улитки. Когда трость вращалась в его ловких, тонких пальцах, она вся вспыхивала разноцветными искрами, пробегающими сверху вниз и обратно.