- С горчицей, или хреном? - спросила «маска» у Оскара.
Мальчик с трудом подавив в себе рвотный рефлекс, отрицательно замотал головой и отошел от ларька. Дама пожала плечами, кинув в кипящее масло мясо.
- Что случилось? - спросила Роза. - На тебе лица нет, Оскар.
- Я не буду есть эти «борджинаны», - сказал мальчик, в двух словах описывая увиденное в будке. - Поедим в поезде.
Они подошли к скучающему проводнику. Это был высокий джентльмен в красной, расшитой золотом ливрее и белом парике, с лицом сифилитика. Он стоял у вагона номер 3, держа в правой руке длинный шест с фонарем на конце. Несмотря на день, проводник то и дело опускал фонарь, чтобы рассмотреть циферблат своих часов.
- Ваши билетики, - сладкий голос проводника был приятным и тихим.
Оскар протянул два листочка.
- Так, посмотрим, у вас третий вагон, второе купе, милости просим, молодые люди.
Оскар помог Розе подняться по ступенькам. Они прошли по красной ковровой дорожке почти до самого конца вагона. Открыв изысканную дверь купе, мальчик увидел милую старушку в черном платье, которая сидела у окна и вязала. Ее лица невозможно было разглядеть, так как она сидела спиной к детям. Клубок ниток лежал в аккуратной сумочке и все время вращался.
- Здравствуйте, - вежливо поздоровался Оскар.
- Здравствуйте, - вторила Роза.
Старушка не поворачивалась.
- Она глухонемая, - голос проводника заставил детей обернуться. - Совершенно ничего не слышит, и соответственно, ничего не говорит, но все понимает!
Проводник подошел к старушке и пощелкал перед ее сморщенным лицом пальцами. Она очнулась от оцепенения и улыбнулась.
- Это ваши соседи, сударыня, - медленно растягивая слова, выговаривая каждую букву, промолвил проводник в ливрее. - Они едут до Гаммельна. Вы водку сейчас будете, или потом?
Старушка повернула голову и посмотрела на детей. У ее лица был странный синеватый оттенок.
- Я верю только в президента!
Она закивала, открыв свой беззубый рот и ткнув в него скрюченным пальцем.
- С круасанами? - проводник карикатурно изобразил полумесяц. - Хотя это не совсем толерантно в нынешнее время, - он перешел на шепот. - Один мой знакомый совершенно потерял голову, в самом прямом смысле этого слова, когда усомнился в святости начинки утреннего круасана! Его просто забили камнями.
Еще один кивок одобрения.
- Простите, сэр, мы ужасно голодны, не могли бы мы заказать немного еды? - спросил Оскар.
- Советую вам, молодые люди, воспользоваться нашим вагоном-рестораном, у нас запрещено разносить еду по купе. Кстати, а вы разве не попробовали жареные «борджинаны»? Это изысканное и очень сытное блюдо!
Оскар вспомнил про женщину в маске и извивающихся тварей.
- Мы иностранцы и привыкли к другой пище, сэр.
- О, - проводник долго тянул эту гласную букву. - Тогда советую попробовать стейк из свежего «корьха», слабой прожарки, или суп из «генопахи» с чесноком и рубленными «огрицами». Наш повар просто виртуоз на такие аппетитные штучки. Из напитков рекомендую «парижский ветрогон» - ваши газы ароматнее каирского розового масла!
- Звучит очень вызывающе, сэр, - Оскар посмотрел на старуху - та жевала беззубым ртом и громко стучала спицами.
Оскар был вежливым мальчиком, но соседство глухонемой старухи выводило его из равновесия.
- Идемте, Роза, - он взял девочку под руку и направил ее прочь из купе. - Мне надо поесть и подумать.
Девочка наклонилась к уху Оскара и прошептала:
- Взгляните на стены, сэр, вам не кажется, что с ними что-то не то?
Оскар, насвистывая какую-то песенку, вскинул глаза на полку, потом перевел взгляд вправо и влево. Роза Ллойд была права: стена слегка шевелилась, время от времени от нее отпочковывались белесые человечки, напоминающие пряничные фигурки. Они с неприятными звуками подбегали к старухе, забирались по спине к ее голове, медленно присасывались к морщинистой шее. Напившись крови, человечки становились бледно-розового цвета. Они падали прямо на полку, потом скатывались на пол. Вздутые животы «вампиров» были полны старческой крови.