- Что ты сказала? - Евгений вытащил правую руку из ширинки, понюхал ее и опять сунул обратно. Что ты сказала, дура?
- Я сказала, что надо попросить выписать мне пропуск в Лефортовский санаторий.
- Зайди в бухгалтерию, это не моя забота.
Шульман поспешил в кабинет генерального продюсера. Он чувствовал, что сегодняшняя передача станет самой рейтинговой в истории докембрийского телевидения.
- Можно к вам? - спросил Евгений, протискиваясь в просторный офис своего шефа.
- Заходите, господин Шульман, - продюсер сидел в глубоком кресле и рассматривал свой язык в крохотное маникюрное зеркальце.
К слову сказать, язык гениального продюсера был длинным, весь покрыт странными наростами в виде десятков крохотных язычков, а те в свою очередь усеяны микроскопическими язычками. По Башне Лжи ходили упорные слухи, что именно этот язык использовал великий обманщик современности граф Проскурин-Горский. После его смерти один ловкий врач по фамилии Себастиан отрезал язык графа и стал продавать его разным известным политикам, как красного, так белого толков. Через пару тысяч лет цена на язык взлетела до такой степени, что его мог позволить себе только Человек без Лица. Что собственно и случилось несколькими годами раньше. Придя к власти, Человек без Лица передал язык на Вечное хранение в студию Башни Лжи.
- Ну как, господин Шульман, идет мне этот язык? Как вы его находите?
- Просто прелестно, господин Г., - ответил Шульман, не переставая теребить себя за головку члена.
Шульмана отражала свет электрические ламп в кабинете генерального продюсера. Все окна были зашторены плотными занавесками. Господин Г. Ненавидел дневной свет. Причиной этому был укус в шею прошлым летом на Французской Ривьере. Господин Г., несмотря на запрет пересекать границу, нелегально в бампере автомобиля «Сеат-Леон» ночью приехал в Ниццу. Он обожал этот городок. Короткими перебежками, под покровом ночи, он добрался до гостиницы «Ритц», ранее зарезервировав номер на имя известного клоуна Олега Попова. На вторые сутки Г. пригласил к себе эпатажного гомосексуалиста - Лу-Лу. Но генеральный продюсер и не догадывался, что Лу-Лу вампир-гомосексуалист* (*Вампиры -гомосексуалисты подробно описаны в первом романе Марата Туша «Ножка цапли-соблазненные революцией»). Ночь перед рождеством он был укушен и постепенно сам превратился в вампира-гомосексуалиста с уклоном на СМИ.- У меня отличная идея, - Шульман вытащил руку из кармана и, промокнув губы желтым галстуком, приблизился к уху господина Г. - Сегодня у нас в эфире будет Иван Зубов!
Генеральный продюсер засунул язык обратно в рот.
- Да вы что, как вам удалось?
Шульман скромно зашаркал ножкой под столом.
- Я еще вчера сам «Винду» дома переустановил.
- Это же он убила Бориса Борхеса сегодня ночью на мосту?
- Так точно, вот я и задам ему пару вопросиков, кто за этим стоит.
Вдруг зазвонил красный телефон с большим гербом СССР. Г. вздрогнул и протянул к трубке трясущуюся ручку.
- Алло, я слушаю вас.
Шульман прикрыл рот руками, стараясь не дышать. Он прекрасно знал, кто сейчас был на другом конце провода. И от этого сильно возбудился.
- Да, я вас понимаю. Сделаем в лучшем виде.
Положив трубку, генеральный продюсер вытер пот со лба.
- Дела, - протянул он, доставая из тумбочки именной Парабеллум.
- Что Он сказал?
Г. встал из-за стола и подошел к буфету Людовика 15. Открыв его, он извлек бутыль с самогоном и тарелку с огурцами.
- Не томите, господин Г. - взмолился Евгений.
- Господин Шульман, - наливая самогон в два стакана, промолвил генеральный. - Человек без Лица удостоил вас великой чести.
Член Шульмана ожил в штанах, отзываясь приятной негой на каждое слово.
- Сегодня вечером во время эфира вы должны прикончить Ивана Зубова.
Член внезапно превратился в сморщенный куска кожи.
- Что? Вы шутите?
- Послушайте, господин Шульман, Зубов, как вы понимаете может воспользоваться шансом рассказать о реальном заказчике этого громкого убийства. А это может привести к крайне нежелательным последствиям. - Г. возвел палец к потолку и многозначительно кашлянул. - Вы убьете его, а в эфире скажете, что вам не нравился, к примеру, его запах, или, вечерний туалет. Вам же не привыкать врать?
Г. подмигнул ведущему и протянул ему стакан.
- Ну, выпейте для храбрости, вот вам Парабеллум.
Евгений не обрадовался такому резкому повтору дел. Да, он лгал. Он привык лгать с экрана телевизора. За это ему и платили баснословные деньги. Он вкладывал их в ликвидную недвижимость в Эритрее и Сомали. Скупал целые кварталы, строил железные дороги, получал крупные государственные подряды на поставки щебня и цемента в Сахару, играл на бирже акциями МММ и «Хопер-Инвест». Он мог оболгать собственную мать, облить грязью друзей, близких - все что угодно, но убийство! Убийство человека не входило в ближайшие планы Шульмана. Оно вообще не входило ни в какие его планы.